В 1991 году молдавские власти наслаждались т. н. суверенитетом, декларацию о котором Верховный совет Молдавской ССР принял еще 23 июня 1990 года (не путать с принятой парламентом Молдовы 27 августа 1991 года, уже после «путча», декларацией о независимости), поэтому известие о «путче» в Москве их сильно напугало. Настолько сильно, что в Кишиневе на всякий случай создали «правительство в изгнании» во главе с вице-спикером парламента Ионом Хадыркой. Свое веское слово тут сказал созданный в 1989 году Народный фронт Молдовы, объединивший представителей ряда националистических организаций, мечтавших о присоединении Молдавии к Румынии: вышеупомянутое «правительство в изгнании», по мысли его организаторов, должно было заседать именно в Бухаресте. Глава представительства ИТАР-ТАСС (в 1991 году – ТАСС) в Молдавии Валерий Демидецкий в интервью KM.RU рассказал о том, что в те августовские дни происходило в республике:

«Открыто выступить против гэкачепистов 19 августа позволили себе лишь несколько мелких непарламентских партий. Лидер одной из них, социал-демократ Оазу Нантой, наладил связь с Белым домом в Москве и, как он сам рассказывал впоследствии в многочисленных интервью, распространил в Кишиневе обращение Ельцина с осуждением «путча». Правда, слово «распространил» в данном случае звучит слишком громко: на видеокассету было записано видео из Москвы с Ельциным на танке и показано соратникам по партии на квартире у одного из таких соратников».

Герб Молдавской ССР Большая Советская Энциклопедия

Когда же в Москве стали арестовывать гэкачепистов, «храбрость» и «мужество» молдавских политиков полезли, как говорится, изо всех щелей. Тогдашний президент Молдавии Мирча Снегур и его сподвижники начали «охоту на ведьм». Была запрещена деятельность местной компартии и арестовано ее имущество. «Не обошлось и без курьезов. Под каток чуть было не попал смельчак Нантой, – вспоминает Валерий Демидецкий. –Выяснилось, что пока он конспиративно распространял обращение Ельцина, руководимое им республиканское агентство Молдпрес по ошибке распространило заявление ГКЧП. Но обошлось: молдавские чиновники вспомнили, что Нантой имеет огромный опыт по борьбе с «совком» в республике, и даже вручили ему 26 августа почетную грамоту «за крепость духа и верность избранному пути».

Первый президент независимой Молдавии Мирча Снегур (unimedia.md)

Но больше всего не повезло в те дни лидерам Приднестровья (Приднестровская Молдавская Советская Социалистическая Республика была провозглашена как советская республика в составе СССР на II Чрезвычайном съезде депутатов всех уровней Приднестровья, состоявшемся в Тирасполе 2 сентября 1990 года. – Прим. ред.). 27 августа Мирча Снегур направил Горбачеву телеграмму, в которой обвинил лидеров Приднестровья и Гагаузии (Гагаузская АССР в составе Молдавской ССР была провозглашена на Чрезвычайном съезде представителей гагаузского народа в ноябре 1989 года. – Прим. ред.) в сотрудничестве с ГКЧП и, не дожидаясь ответа Горбачева, распорядился их арестовать.

Кишинёв, Молдавская ССР в 1991 году (Большая Советская Энциклопедия)

Надо сказать, что жители Приднестровья, всеми силами сопротивляясь отторжению своей земли от России, поддержали ГКЧП. Именно в 1991 году идеологией левобережной части Молдавии стал один короткий, простой и понятный лозунг «Мы – Россия». Именно Приднестровье стало, по сути, единственным в формально пока еще единой союзной Молдавии регионом, где этнические молдаване (за которых якобы так радели в Кишиневе) упорно отстаивали свою национальную самобытность.

В своей книге «Гагаузская автономия – люди и факты» депутат молдавского парламента Федор Ангели так описывал события тех дней: «По словам главы МВД Молдавии Иона Косташа, Смирнова (Игорь Смирнов, на тот момент – председатель Временного Верховного Совета Приднестровской ССР. – Прим. ред.) 25 августа захватила в Киеве группа молдавского спецназа, когда тот садился в машину, присланную ему ЦК Компартии Украины. Чтобы воспрепятствовать его вывозу в Молдавию, украинские власти «закрыли» Киев, задействовали милицию Одесской и Винницкой областей. Однако наша группа располагала машинами с украинскими номерами, и нам удалось выехать из Украины».

Председатель Временного Верховного Совета Приднестровской ССР Игорь Смирнов был ярым противником отторжения своей земли от России (dosug.md)

Задержали тогда не только Смирнова. Гимп Пологов, в те дни – депутат молдавского парламента, выступавший против поспешной «суверенизации» Молдавии, рассказал в 2010 году приднестровскому информагентству «Ольвия-пресс», что его арестовала молдавская полиция прямо во дворе его дома в городе Бендеры 26 августа. «Обвинили в измене Родине и повезли в Кишинев. Поместили в КПЗ прокуратуры. А 27 августа в одну из соседних камер посадили Игоря Смирнова. Только через три недели, 19 сентября, меня освободили под подписку о невыезде. Все эти дни неоценимую поддержку нам оказали женщины Приднестровья. Сегодня это звучит немного по-киношному, но тогда именно благодаря тому, что они заблокировали железную дорогу в Бендерах, из-за чего полностью приостановился товарооборот с Украиной и Россией, молдаване в итоге отпустили всех приднестровских деятелей. Я договорился тогда о снятии блокады и на своей заводской «Волге» привез всех в Бендеры. И там уже Смирнов благодарил женщин и подарил им свой тюремный свитер. Никто не знал тогда, что впереди – еще кровавая трагедия в Бендерах и окончательный раскол Приднестровья и Молдавии».

В целом, как вспоминает Валерий Демидецкий, эта история с арестом и последующим освобождением Смирнова стала поражением молдавских властей. «Но скрасило эту неудачу то, что Молдавия уже провозгласила свою независимость. Это произошло на митинге в Кишиневе, который в те времена гордо называли «Великим национальным собранием».

Приднестровский конфликт унес жизни более тысячи человек (gigamir.net)

Люди тогда искренне верили обещаниям властей обеспечить в новой Молдавии «свободу, демократию и благополучие», поэтому же на веру воспринимали слова властей о нарастающем конфликте с Приднестровьем. Вера эта им стоила дорого: война в Приднестровье, обвал экономики, разгул преступности и повальная безработица, выгнавшая из страны в поисках лучшей доли почти треть населения».