Формируемый инновационный центр «Сколково», как заявляется, должен одновременно заниматься исследованиями по пяти приоритетным направлениям модернизации – это энергетика, информационные технологии, телекоммуникации, биомедицинские технологии, ядерные технологии. Причем компании, которым предстоит заниматься данными исследованиями, будут сконцентрированы на сравнительно небольшом участке земли: в настоящий момент речь идет о территории площадью чуть более 300 га, хотя эксперты полагают, что иннограду неизбежно придется расширяться. Возникает вопрос: а какой резон одновременно вести работы по вышеперечисленным направлениям на такой маленькой площадке, притом что очевидны принципиальные различия между ними по сложности, объему и даже совместимости на одной площадке? Все эти направления требуют совершенно разных средств, технологических и инфраструктурных затрат, уровня контроля и безопасности.

Вопросы «совместимости» представителей совершенно разных научных направлений в рамках проекта «Сколково» ставились, в частности, на круглых столах «Актуальные вопросы реализации проекта «Инноград Сколково» и «Инновации – стратегическое будущее России», состоявшихся в прошлом году на базе Инженерной секции Санкт-Петербургского союза ученых.

Николай Никольский считает, что сколковский проект заточен исключительно на получение быстрой прибыли (cytspb.rssi.ru)

Доктор биологических наук, академик РАН Николай Никольский заявил тогда, что деятельность иннограда сведется к предоставлению площадки для «быстроокупаемых, прибыльных проектов. В этой связи вряд ли там будет широко представлена, например, биохимия, т. к. это – деятельность затратная и не совсем «на продажу», а тут нужен быстрый результат». В качестве примера академик рассказал о том, что предложенный его научной группой к финансированию проект по выращиванию кожи человека для лечения обширных ожогов был отвергнут, т. к. сколковские эксперты предпочли ему проект развития цифрового телевидения, у которого оказался более впечатляющий бизнес-план. «Как можно сравнивать такие проекты?!», – удивляется ученый.

Удивляется и экс-заместитель председателя Счетной палаты, публицист Юрий Болдырев. «Почему ядерные технологии надо развивать не в Дубне, не в Протвино, а именно в Сколково – прямо под боком у перенаселенной Москвы?», – спрашивает он.

Юрий Болдырев против ядерных исследований рядом с Москвой (megabook.ru)

Впрочем, на одном из упомянутых круглых столов ученым довольно доходчиво объяснили, что и зачем будет в «Сколково». Генеральный директор ОАО «Российская венчурная компания» («РВК», государственный фонд венчурных фондов, один из организаторов проекта «Сколково». – Прим. ред.) Игорь Агамирзян заявил: «У «Сколково» нет правильного позиционирования. Вот и рождаются всякие мифы. В ученой среде есть непонимание этого проекта. А первая цель, которую он (проект. – Прим. ред.) преследует, – это не про науку, а про то, как зарабатывать деньги на науке и высоких технологиях, как построить экономику на головах людей». Вот оно, оказывается, как: «Сколково» – это «не про науку»!

«У России нет традиций качественного производства, – продолжает г-н Агамирзян, – поэтому, чтобы занять свое место на международном рынке труда, нужно нацеливаться не на промышленное производство, а на создание интеллектуальной собственности: вот где Россия сильна. Сейчас в фундаментальную науку вливаются приличные деньги, хотя они и разложены по разным строкам бюджета. Точную сумму подсчитать невозможно, но это – миллиарды рублей, больше 2% от ВВП. А «выхлоп» от этих вложений близок к нулю».

Надо заметить, что слова гендиректора «Российской венчурной компании» об «отсутствии у России традиций качественного производства» невольно перекликаются с заявлениями председателя правления ИНСОР Юргенса о русском народе: у Юргенса русский народ «не склонен к модернизации по причине своей архаичности», у Агамирзяна – в России качественно производить не умеют...

Кроме того, по словам Агамирзяна, существует и еще одна проблема – отсутствие квалифицированных экспертов в различных отраслях науки. Гендиректор «Российской венчурной компании» сослался на проведенный его компанией соцопрос, в котором участвовало 700 экспертов, и по результатам которого выяснилось что в России более-менее хорошо только со специалистами в области IT-технологий. По всем остальным областям науки – по 5-6 экспертов на всю страну (и это на фоне выдающихся достижений той же советской науки! – Прим. ред.).

«Это и неудивительно, – прокомментировал глава «Российской венчурной компании» итоги данного опроса. – IT-бизнес у нас в стране – самый зрелый по международным стандартам. Причина в том, что у него нет советского наследства, и в его основе – то мировоззрение, которое принесли с собой западные компании, которые пришли на наш рынок. Ни в одном другом секторе такого не произошло: есть только единичные примеры успешных предприятий».

К слову, на официальном сайте «Российской венчурной компании» присутствует любопытное определение деятельности и предназначения компании: «Государственный фонд фондов и институт развития Российской Федерации, один из ключевых инструментов государства в деле построения национальной инновационной системы». Сформулировано красиво, а что на деле? А на деле Счетная палата РФ дала критическую оценку деятельности компании. В июле 2010 года по итогам проверки Счетная палата выпустила пресс-релиз, в котором, в частности, сказано следующее:

«В целом плановые контрольные и индикативные показатели деятельности ОАО «РВК» на 2009-2010 гг. не сбалансированы с целями и соответствующими целевыми показателями социально-экономического развития Российской Федерации, определенными в Концепции долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации до 2020 года и других документах стратегического планирования, в т. ч. в Стратегии развития науки и инноваций в Российской Федерации на период до 2015 года. Отсутствует система индикаторов, характеризующих эффективность использования имущественных взносов Российской Федерации в уставный капитал инновационных компаний. Основная часть финансовых средств ОАО «РВК» не инвестирована в венчурные проекты или инновационные предприятия, а размещена на депозитах в банках».

Игорь Агамирзян считает, что в России нет традиций качественного промышленного производства (rusventure.ru)

Весной 2011 года совместно с Фондом «Сколково» и госкорпорацией «Роснано» «Российская венчурная компания» открыла офис не существующего пока иннограда «Сколково» в американской Кремниевой долине под негласным девизом «Отечественные мозги в правильные руки». Правда, исходя из слов г-на Агамирзяна, отечественные мозги – это лишь специалисты в IT-области. Да и инвестиционная политика «Российской венчурной компании» позволяет предположить, что на финансовую поддержку могут рассчитывать главным образом те проекты, которые способны дать быструю финансовую отдачу.

Но дело в том, что если говорить о мировом рынке высокотехнологичных продуктов, то ведущие роли на нем прочно занимают крупные западные корпорации, которые вряд ли согласятся потесниться и отдать часть прибыли российским специалистам. Следовательно, единственная роль, уготованная нашим талантам в этой ситуации, – роль интеллектуального обслуживающего персонала.

Ну а если вдруг наши и впрямь предложат что-то новаторское, то западным корпорациям, думается, будет несложно забрать эти идеи.

С этим согласен и академик РАН Николай Никольский. «Вероятно, действительно все громкие направления исследований в «Сколково» заявлены, что называется, для успокоения толпы, в данном случае – научной среды, – говорит он в комментарии КM.RU. – Ни одного мало-мальски интересного проекта в «Сколково» не будет. Самые интересные же из потенциальных разработок будут у нас просто забирать, благо теперь там, в США, и офис сколковский есть. Так что бояться ядерных исследований в двух километрах от Москвы пока не надо». 

Фрагменты интервью профессора Георгия Малинецкого и президента Всероссийского фонда образования Сергея Комкова КМ ТV. По мнению экспертов, сколковский проект ориентирован на быстрые инновационные разработки коммерческого характера, а не на фундаментальные научные исследования.