Сагымбай Козыбаев: Слово в нашей профессии - хирургический скальпель
Журналист и профессор, доктор исторических наук и академик. Кстати, свое звание академика Академии журналистики Сагымбай Козыбаев считает не научным званием, а признанием заслуг в области журналистики…
- Сейчас основная ваша работа - преподавание на факультете журналистики в КазНУ…
- Без малого тридцать лет отдано родному университету. У меня на кафедре до сих пор стоят массивные красные стулья из кабинета Брежнева, из бывшего здания ЦК партии… Журфак КазГУ является одним из старейших на всей постсоветской территории: мы работаем еще с 1934 года. Даже журфак МГУ начал свое летосчисление гораздо позже. Совсем недавно к нам приезжали такие "акулы микрофона", как известный всем журналист Владимир Познер и генеральный директор ОРТ Анатолий Лысенко. Они тоже признали авторитетность нашего журфака. Отсюда вышли такие мэтры, как Анатолий Ананьев и Анатолий Иванов - автор "Вечного зова". В перестроечные годы появилось много "самопальных" факультетов. Меня это, конечно, огорчает. Как они могут обучать молодое поколение, не имея ни базы, ни профессиональных кадров?
- Но сейчас говорят о резком снижении качества образования и на журфаке КазНУ…
- Я с этим согласен, но это проблема не только журфака КазНУ. Недавно ко мне явился мой бывший студент-заочник. Он закончил учебу лет шесть назад, а теперь открыл где-то в Южно-Казахстанской области отделение журналистики. Да это же смешно! Грустный анекдот.
Вторая проблема - программа обучения на факультете журналистики. Она должна быть типовой, составляться профессионалами, с учетом той базы, которая уже имеется. К сожалению, сейчас ситуация такая: программа составляется преподавателем, который читает курс. Если через полгода на его место приходит другой, студенты вынуждены принимать и новую программу. А это не дело: в той же России эта система хорошо отработана. Ну и главная проблема - сочетание теории с практикой. Уже не говорю о том, что сами студенты должны, что называется, набивать руку, это естественно. Но многое зависит и от наставника. Хотя, если нет в мозгу, не поможет и КазГУ (Смеется. - Авт.). А наставлять должны не просто состоявшиеся, но и "действующие" журналисты. Что мешает некоторым преподавателям периодически писать материалы для газет? Ну ведь не весь же день они у себя на кафедре торчат! Своему преподавателю студент сможет поверить только тогда, когда не просто слова его услышит, но и результаты какие-то видеть будет! И потом, студенты - народ молчаливый, от высказываний воздерживаются. Но для себя-то выводы делают!
- Как, по-вашему, вам студенты верят?
- Полагаю, что да. И если я прав, то для меня это большая отрада. Понять, верит ли тебе человек за партой, можно по его глазам. По интересу, который он проявляет или не проявляет, слушая твои слова.
- Недавно в свет вышел ваш сборник эссе "Лики времени". Излили душу?
- В них я написал свои впечатления от увиденного в жизни - все-таки 17 стран за плечами. Стал после окончания Ленинградского университета журналистом-международником, в некоторых странах приходилось даже жить. На премию в области международной журналистики я шел вместе с такими "китами", как Игорь Фесуненко, Александр Каверзнев, Владимир Цветов... Мне есть что рассказать, чем поделиться с людьми. В книге есть фотография, где я сижу на огромном крокодиле. У меня все время спрашивают: "Неужели он действительно настоящий?!". Да! Это было в Камбодже. Рядом стояли два человека с палками, в которые были вбиты гвозди. Меня предупредили: "Сеньор, страховки не будет, если крокодил вас покалечит, мы ответственности нести не будем". Я даже бумажку подписал. Пусть это риск, но без него не может быть жизни. А жизнь журналиста тем более замешана на риске.
- Да, сегодня, как никогда. А как вы оцениваете сложившуюся ситуацию, когда под вопрос ставится существование в Казахстане свободы слова?
- Да, в журналистском коллективе есть разлад. Казахстанским средствам массовой информации недостает консолидации и корпоративности. Сначала надо решить внутреннюю проблему журналистики - разлад в журналистском коллективе. Информационные войны, происходящие в нашем цехе, - явление временное, они объясняются состоянием общества, состоянием государства, которое, не успев вылезти из пеленок, уже рвется к высотам демократии. Но это путь эволюции, который проходит каждое государство и вынуждены проходить социальные институты, в том числе и журналистика. Думаю, не надо огорчаться по этому поводу. Другое дело, что процесс адаптации к новым реалиям должен быть ускорен. Но последние события несколько обнадеживают: и вручение национальной журналистской премии "Алтын Жулдыз", и конгресс журналистов, и обсуждение Журналистского кодекса, и предстоящий Евразийский медиафорум - явления знаковые, символизирующие наступление нового этапа в журналистике.
- Созданная вами Академия журналистики тоже станет одним из символов?
- Идея создания академии в том виде, в каком она существует сегодня, принадлежит одному интереснейшему, на мой взгляд, журналисту - Алишеру Сулейменову. До этого момента в Казахстане не существовало подобной организации. Когда мне предложили возглавить академию, я долго отнекивался, но потом все же согласился. Сегодня академия занимается организацией премии "Алтын Жулдыз", но это, конечно, не единственное ее назначение. Мы занимаемся проблемами воспитания кадров, не в ущерб вузам, конечно, изданием определенной литературы. И самая главная цель - установление контактов с международными журналистскими организациями и возможность заявить о себе. Академия - это общественная организация, на счете которой, кстати, ни копейки. Все что делается - делается на голом фанатизме. А академик - это не звание, а признание заслуг определенных людей в области журналистики.
- Не так давно академия распределила все номинации премии "Алтын Жулдыз", однако в прессе появились слухи о том, что результаты были известны заранее. Насколько честным был процесс присуждения этих премий?
- Процедура голосования была тайной, шла два часа, участвовали в ней около 30 академиков, было заполнено семьсот бюллетеней. Результаты для всех были непредсказуемы: на словах хвалили одно издание, а голосовали совсем за другое. Первоначальная задумка была - не давать премии академикам академии. С другой стороны, многие академики ведь не существуют как отдельно взятые герои: за ними стоят огромные журналистские коллективы, которые в течение года работали. И если их работа признана обществом, так почему же не присудить им премию?! Главное то, что мы установили эталон качества, планку, на которую нужно равняться. Казахскоязычная братия была несколько обижена, но это нормальная реакция, всем не угодишь. Премию "Алтын Самрук" мы присудили корифею казахстанской фотожурналистики Иосифу Будневичу. А газета "Казак адибиет" написала: мол, дали премию фотографу президента (между строк читалось - "придворному"). Ну извините, аксакалу 75 лет, и всю жизнь он отдал фотожурналистике, воспитал сотни прекрасных фотографов. За его плечами 120 иллюстрированных им книг. Это о чем-то говорит?! Если сегодня он зарабатывает, снимая президента, это его личное дело, в конце концов человек должен на что-то жить. А разговоры "недовольных и обижающихся" меня оскорбляют.
- Значит, все объективно?
- Новости "Информбюро" 31 канала получают премию уже несколько лет подряд. Можно ведь было сказать: "Нет, ребята, вы уже получали, уступите другим". Но при голосовании-то их все равно признали лучшими, ничьи убеждения все равно бы не подействовали. И если они будут держать планку еще десять лет, значит, еще десять лет будут получать эту премию. Мы дали премию и оппозиционным СМИ: это программа "Власть" телеканала "Тан", полуоппозиционная газета "Айгак". Номинировался "Общественный договор" Гульжан Ергалиевой. Но если какое-то СМИ или программа не смогли взять главный приз - значит, есть еще недостатки, надо работать дальше, искать пробелы в своем проекте. Газета "Время" пишет "номер один в Казахстане" или "Караван" называет себя "народным изданием". Я извиняюсь, но это очень сложные понятия, которые еще нужно доказать. По-моему, если бы газета была "номер один" или "народная", она получила бы "Алтын Жулдыз". Это хороший стимул для журналистов.
- Сейчас активно обсуждается Журналистский кодекс. Как вы относитесь к идее его принятия?
- Мы опять изобретаем велосипед. В условиях крайней разобщенности всего журналистского цеха, имеющегося давления хозяев и управляющих СМИ, к сожалению, самостоятельность наших коллег зачастую ограничена. Можно ли будет совмещать соблюдение кодекса и выполнение задания, которое противоречит его духу? Некая обтекаемость формулировок в дальнейшем может стать подводным рифом. Нужны четкие и прозрачные механизмы контроля за соблюдением кодекса. Инициатива создания кодекса, на мой взгляд, важная и полезная, но она должна стать жизненно необходимой для общества в целом - тогда и будет реальный эффект от него. Хочется напомнить об ответственности, которую несет журналист, ведь слово в нашей профессии - это хирургический скальпель, с помощью которого можно помочь, а можно и покалечить.
Информационные войны, происходящие в нашем цехе, – явление временное, они объясняются состоянием общества, состоянием государства, которое, не успев вылезти из пеленок, уже рвется к высотам демократии.
Комментарии читателей