Валерий Леонтьев просит перечислить Донбассу 2 миллиона за свои откровения

В канун своего 66-летия Валерий Леоньтьев представил автобиографические заметки.

Валерий Леонтьев © РИА Новости, Наталья Селиверстова

Текст, опубликованный газетой «Московский комсомолец» по жанру большег всего напоминает то ли интервью с самим собой, то ли полемику с нерадивыми журналистами. «Журналистов почему-то интересуют совсем неинтересные, с моей точки зрения, вещи. Например, есть вопрос, который бьет все рекорды: «Почему вы в юности надевали на сцену лосины?» Как ответить на это? Сказать, что, во-первых, не лосины, а очень узкие брюки, а во-вторых, спрашивать про сценическую одежду в отрыве от того времени — это все равно что спросить у Мэрилин Монро, почему ее платья так (прекрасно!) коротки, а штаны у битлов — такие (великолепные!) дудки? Вы, когда видите меня, юного, в этих узких брюках (ах да, еще в облегающей сетчатой майке) на старых видеозаписях, вы помните, какое было время? Как одевались тогда певцы старшего поколения? Обращаете внимание на то, как одеты зрители в зале? Что вы знаете о бесконечных подталкиваниях — и в итоге проталкивании! — советского, во многом кондового эстрадного искусства в сторону сегодняшних мегамасштабных шоу, на что я потратил всю свою сценическую жизнь и сделал это? А вы в курсе, как ломаются суставы, кости и зубы о закостенелые, вековые стереотипы? Объяснять это бесполезно. Все — в пыль! Черт с вами, я надевал лосины и рыболовную сетку, потому что был гуттаперчевым мальчиком и мог себе это позволить. А девочки визжали и соглашались на все. Думаю, такой ответ окажется тем самым, который хотят услышать интервьюеры!».

Валерий Леонтьев © РИА Новости, Наталья Селиверстова

Не обошел Леонтьев своим вниманием и часто задаваемый ему вопрос о диетах. «Журналисты думают, что я сейчас порекомендую им двести граммов шампанского до завтрака, сто граммов коньяка к ужину и не обедать! И все — завтра при росте 180 см они будут весить 65 килограммов и иметь размер пиджака 52, а джинсы — 40. Фиг вам! У меня нет диет, я каждый день занимаюсь подолгу спортом, не считая репетиций и концертов, и каждый день элементарно недоедаю. Не жру я, понимаете? В смысле — голодаю. И не надо говорить: «Конечно, при его финансовых возможностях...» Возьмите выходной, съездите в Оптину пустынь. Вы увидите там черных монахов, жизнь которых состоит из работы, голода и молитвы. Они выглядят безупречно при почти полном отсутствии средств».

Валерий Леонтьев © РИА Новости, Наталья Селиверстова

Следующий поднадоевший Леонтьеву вопрос логичным образом вытекает из предыдущего. «И я, разумеется, слежу за своим лицом — вот ответ на еще один набивший оскомину вопрос, но я делал совсем не так много пластики, как мне с каким-то вопиющим наслаждением приписывают, и, более того, уже много лет как отказался от этого способа корректировать свою внешность. Кстати, способа когда-то (опять же в момент слома стереотипов) шокирующего, а сегодня чуть ли не более естественного, чем поход по мере необходимости к зубному врачу. Я слежу за собой — да, иногда с примесью жесткости и фанатизма, — но не потому, что мне так уж нравится созерцать себя в зеркале, отнюдь! У меня и зеркал-то в той части жизненного пространства, которое не связано со сценой, не бывает вовсе. Я делаю это, потому что хорошая внешность артиста — долг перед зрителем. Ничто так не убивает человека осознанием собственного груза прожитых лет, как то, что знаменитый человек, которого он знает еще со времен своей молодости, вдруг взял и постарел. Поэтому я просто не могу, я не вправе плохо выглядеть, я обязан, обречен если не на красоту, так хотя бы на притягательность».

Валерий Леонтьев © РИА Новости, Наталья Селиверстова

Все точки над i Леонтьев предлагает расставить следующим образом: «Увы, борзые псы желтой журналистики так сегодня одряхлели, что даже не в состоянии вынюхать моих подруг и любовниц. Неужели вы надеетесь, что матерый волк сам наведет свору на свое логово? Правильно не надеетесь. И, видимо, поэтому ищите (или подкупаете), какая сама расскажет, а потом терзаете несчастное тело, невзирая на мольбы о пощаде. Кстати, мне тоже иногда предлагают деньги — и даже не за рассказ о себе, а всего лишь за комментарии желтых наветов. Последняя предложенная мзда была от одной телепрограммы — миллион. Вдумайтесь! Миллион! За комментарии слухов о моей персоне. Господа, которые не считают денег, купите на эту сумму лекарства и продовольствие для детей Донбасса, приведите публично(!) с экрана телевизора неопровержимые доказательства того, что помощь попала в нужные руки, и вот тогда я расскажу вашим зрителям о своей родословной и даже о своих сексуальных и детородных функциях. А если гуманитарная помощь будет два миллиона, признаюсь, что я — инопланетянин. Фиг с ним, оно того стоит».