Шторм и штиль «Органных вечеров в Кусково»
Алексей Шевченко и Екатерина Щербаченко
«Вечера» проводятся уже шестой год. На сей раз для посетителей старинной усадьбы подготовлен ряд новшеств. Прежде всего, это — участие в марафоне зарубежных мастеров, среди которых органистка Рудите Ливмане (Латвия – Германия), альтист Николай Николов (Болгария – Германия). Кроме того, в Кусково этим летом проходят необычные мероприятия, вроде рассказов Валерия Баринова о Бахе, сопровождаемых игрой замечательной органистки Елены Приваловой-Эпштейн, являющейся также и основным организатором фестиваля.
«Органные вечера в Кусково»
Елена Привалова-Эпштейн должна была выступать и 25 июля, но, к сожалению, не смогла этого сделать из-за проблем со здоровьем. Ее замещал Алексей Шевченко, суровый и строгий с виду музыкант, которому однако были подвластны самые разные обертона — от едва уловимой нежности до непоколебимой монументальности. Замена одного из ключевых участников концерта внесла коррективы в программу, и органист начал с произведения Джироламо Фрескобальди. В погожий и солнечный день в Танцевальном зале усадьбы Кусково воцарилась скорбная атмосфера. Будто бы на душу спускалась мгла, от которой было больно, но которая была необходима для того, чтобы укрепиться в страданиях, стать сильнее и неуязвимее.
Алексей Шевченко
Ария «Amarilli, mia bella» Каччини в исполнении Екатерины Щербаченко продолжала удерживать зрителей в напряжении. Артистка словно даже не пела, а плела неумолимую нить судьбы, сплошь состоящую из людских горестей и метаний. Но уже в следующем номере - арии «Se tu m’ami» («Если любишь») из оперы Перголези «Служанка-госпожа» - появились витальные нотки. А в арии Ирены «Sposa son disprezzata» из «Баязета» Вивальди Щербаченко перевоплотилась в измученную женщину, с достоинством переносящую любые удары судьбы. Это впечатление многократно усилилось во время исполнения певицей арии Клеопатры из оперы Генделя «Юлий Цезарь».
Екатерина Щербаченко
Контрасты, свойственные первому отделению, стали еще более явственными во втором. Торжественная «Quia respexit» из Магнификата Баха сменялась сочинениями Макса Регера, творившего уже на стыке XIX и XX веков и воплотившего в своей музыке раздрай и сомнения, свойственные этой эпохе. Однако программа была составлена так, что слушатель не успевал погрязнуть в депрессивной пучине. Не покидало ощущение, что ты находишься в самом сердце шторма, готов сорваться в пропасть, но всякий раз заботливая и могущественная сила тебя удерживает на краю. Совершенно незабываемым выдалось исполнение Екатериной Щербаченко «Колыбельной Марии» того же Регера. К Богородице певица обращалась с благоговением и смирением: мол я тоже женщина, все понимаю, но куда мне до высоты твоих страданий.
Алексей Шевченко и Екатерина Щербаченко
Не хочется громких фраз, но не покидает ощущение, что люди с коцнерта выходили немного другими, возможно, более чуткими к чужой боли. А сколько еще потаенных тайников души откроет Алексей Шевченко на своем сольном концерте в Кусково 5 августа!
Фото Татьяны Соколовой предоставоены пресс-службой фестиваля
Комментарии читателей