Хор Старообрядческой Поморской общины Великого Новгорода «Ой вы, братья мои, сестры»
Обложка диска. Предоставлено издателем
Духовные стихи — это своего рода пробел в традиционной русской культуре. Еще в XVI веке похожие на былины образцы устного народного творчества исполнялись церковными хорами в составе монастырских служб. После Раскола они стали прерогативой старообрядческих общин, которые зачастую и священников-то своих не имели. В результате духовные стихи существовали во множестве вариантов, а некоторые вообще не были опубликованы даже в оригинале.
Издание «Ой вы, братья мои, сестры» восполняет эти пробелы. Вошедшие сюда духовные стихи скрупулезно сличались по опубликованным в разных архивных собраниях редакциям. «Вечер я, братия во беседе сидел» вообще пока не известен в печатных вариантах, поэтому составители разместили его текст в буклете, что для грядущих исследователей проблемы — бесценно. Издание снабжено пространным предисловием одного из членов Поморской общины Ильи Мельникова. Его же голос можно услышать в подавляющем большинстве вошедших сюда композиций.
Исполнение вышло камерным, но иного нам в данном случае и не надо. Содержание песнопений как-то не располагает к эпическому размаху, ведь речь преимущественно идет о мучительном расставании души с телом, Страшном Суде, адских муках и Страстях Христовых. Обращает на себя внимание полное отсутствие пасхальной и рождественской тем. Старообрядцы вообще привыкли всё время быть в осаде, поэтому, наверное, им проще рассказывать, как весь мир идет на них войной, нежели транслировать чистую радость.
Образность, конечно, потрясающая. В «Вечер, я братия, во беседе сидел» описываются две дороги, из которых неудобная и заснеженная ведет в рай, а гладкая и широкая — в ад. В текстах встречаются слова, принадлежащие к высокому литературному стилю (типа «приемлют»), что выдает в них профессиональных авторов. Кроме того, из нравоучительного «Завета умирающей матери» мы узнаем о традиции замужних женщин заплетать на Руси волосы в две косы. Есть и наивные нестыковки. Например, в «О Распятии Христове» Богородица упрекает Сына в избранном пути, но весь дух Евангелия свидетельство как раз о полном понимании и приятии Его и Своего Предназначения.
Финал альбома очень впечатляет: 80-летний А.Я. Белоус поет исполненный надежды стих «Ты душа моя, душа грешная...» Кто, как не этот человек с честью прошедший все антирелигиозные гонения, имеет право свидетельствовать о Прощении и Спасении?
Комментарии читателей