Жена спасла Сергея Шнурова в ходе массового побоища с кавказцами

Вышла в свет книга известного музыкального журналиста Максима Семеляка о группе «Ленинград» «Невероятная и правдивая история»

Помимо собственно музыкальной канвы, в монографии описаны и различные пикантные факты из бурной жизни Сергея Шнурова. Издание «Телепрограмма» опубликовало увлекательный фрагмент о том, как жена Шнура Матильда спасла его в ходе массовой драки: «Была ночь накануне моего дня рождения, мы были в какой-то странной небольшой компании – Вася Бархатов с женой Машей, рэпер Сява со своей свитой. Мы почему-то оказались на улице Рубинштейна и сели в «Моллисе» на летней веранде. Будний день, ничто не предвещало, Серега абсолютно трезвый, заказал стакан пива. Из паба вышли два кавказца, один просто в хлам. Он увидел Серегу, подошел оттолкнул меня и говорит: «Слышь, Шнур, давай щелкнемся». Серега говорит: «Я сегодня не фотографируюсь». А тот совсем невменяемый: «Ты чего … (ненормативная лексика – прим.Ред.). Ты »… Серега его оттолкнул, тот отпрыгивает от нашего стола и говорит: «Ну все… сейчас ты … узнаешь!» Достает мобильник и начинает куда-то звонить с такими речами: «Я тут в Моллисе», собирай всех, зови сюда». Ну и началась какая-то легкая движуха, скамейки, столы задвигались, вдруг резко какая-то агрессия… Я как-то на автомате схватила со стола Сережин телефон и позвонила нашему товарищу байкеру, и попросила срочно приехать на Рубинштейна, потому что заваруха намечается нешуточная. Байкеры уже все пьяные, но обещают приехать, я кладу трубку, а Серега с тем парнем уже обменялся парой ударов. И вдруг я вижу, что по улице Рубинштейна с одной стороны на нас быстро идет толпа кавказцев, человек тридцать – видят нас и переходят на бег. А Серега замечает их, выскакивает наружу и кричит им: «Чуваки, я здесь!» И они все побежали на него – он отвлек внимание, чтобы вся толпа ринулась не на нас. А я вижу, как с другой стороны улицы Рубинштейна – а она ж узкая – идет еще человек тридцать… Это было очень страшно. И все происходит мгновенно… Начинаются отдельные микродраки, но эпицентр – там, где Шнуров, я вижу, как он хватает за шкирку какого-то мелкого, засовывает его голову в рекламный щит – а они иногда стоят открытые – бьет этим щитом ему по башке и бежит дальше. Я забегаю в паб и кричу: вызывайте милицию быстро! А персонал сидит такой: а почему, а зачем, а что случилось.

Обложка книги. Предоставлено издательством

Я понимаю, что ждать помощи не от кого, выскакиваю на улицу, прыгаю в машину – у нас была тогда Z4 двухместная спортивная, — улица там односторонняя, и я еду против движения, ночь, пустая дорога, и я их не вижу… Я интуитивно почувствовала, что Сережа двинулся по кратчайшему пути в сторону дома… Я выезжаю туда и вижу в свете фонарей толпу, которая конкретно месится. И я на полной скорости въезжаю в толпу, они врассыпную, и тут я вижу, что они повалили Серегу на землю и скопом бьют его ногами. Они замечают меня, начинают орать … (ненормативная лексика – прим.Ред.), бить кулаками по машине, а я просто начинаю на машине в толпе – вперед-назад, вперед-назад… Серега видит меня, хватается рукой за дверцу, а я на автомате заблокировала двери. Он ее открывает только со второго рывка, хватается рукой за пассажирское сиденье, а они держат его за одежду и за волосы, у него тогда длинные были… Я даю по газам, и мы в итоге оторвались, они не смогли его удержать. По встречке выезжаю на Фонтанку в сторону дома – мы доехали секунд за тридцать, такая была скорость. Открываю брелком калитку и понимаю, что слышу не только как мое, но и как его сердце бьется. Позвонили Бархатову, но там, слава Богу, все обошлось мелкими потасовками, потому что вся толпа побежала за Сережей, ну а потом уже и байкеры подъехали с битами.

Дальше, естественно, были какие-то стрелки, разборки – не знаю, чем все кончилось в итоге. Но мы выжили».