Что мешает развитию архитектуры в России

В профессиональном сообществе не существует однозначного восприятия специалиста самой профессии архитектор

© РИА Новости, Алексей Даничев

Крайне сложно переоценить ту роль, которую играет архитектор в современном градостроительном процессе. Именно с этого человека, по сути, начинается создание практически любого объекта недвижимости. Однако даже в законе об архитектурной деятельности нет понятия «архитектор» как такового. Почему именно законодательство тормозит развитие архитектурного направления в России и как с этим можно бороться, обсуждали участники панельной дискуссии в рамках II Урбанистической конференции «Город с человеческим лицом», организованной Институтом современной урбанистики совместно с компанией «Метриум Групп».

Закон об архитектурной деятельности был принят Государственной Думой в 1995 году. Однако за прошедшие 19 лет в него были внесены минимальные изменения. Последнее из них, принятое в 2011 году, как напомнила участникам дискуссии Светлана Бачурина, помощник депутата Государственной Думы В.И. Ресина, касалось замены понятия «санитарно-гигиенические» на «санитарно-эпидемиологические».

«Закон об архитектурной деятельности должен был охватить всю градостроительную деятельность и оказывать на нее прямое воздействие, - сказала Светлана Бачурина. – В нем есть такие понятия, как архитектурная деятельность, архитектурное решение, архитектурный проект и пр. Однако в профессиональном сообществе не существует однозначного восприятия специалиста самой профессии архитектор. А ведь это и градостроитель, и дизайнер. Он должен быть глубоко образован в экономике, социологии, экологии и психологии, знать пожарные нормы. В настоящее время экспертное сообщество очень внимательно изучает подготовленные Союзом архитекторов России предложения по изменениям в закон, в который предлагается ввести понятие «аттестованных архитекторов». Не каждому специалисту можно доверить тот или иной объект проектирования. В зависимости от уровня профессионализма, поставленной перед архитектором задачи кому-то достанется школа или стадион, а кому-то – градостроительная среда».

Светлану Бачурину поддержал и Дмитрий Щеглов, старший партнер и руководитель практики по строительству и недвижимости адвокатского бюро «Леонтьев и партнеры», который отметил, что закостенелость данного закона мешает развитию архитектурной деятельности, находящейся сейчас в стагнации.

«Этот документ (старый закон) даже сложно назвать законом, – заявил он. – По сути, это декларация прав и небольших обязанностей. Одна из ключевых проблем - отсутствие нормальной, понятной терминологии. Существующие в законе понятия просто путают и вводят в заблуждение. Кроме того, в законе отсутствуют регуляторы создания профессиональных объединений архитекторов, которые также необходимо прописать».

Тем не менее, как отметили участники дискуссии, позитивные изменения время от времени все-таки вносятся в законодательство. Правда не в документ, о котором шла речь, а, например, в градостроительный кодекс. В частности, было внесено изменение, вступившее в силу с 1 июля 2013 года, согласно которому ответственность за разрушение целого здания или его части должны нести собственники. В случае же, если разрушение произошло не по их вине, они имеют право предъявить регрессные требования к проектировщикам, строителям или архитекторам.

«С одной стороны, данное изменение может быть и усугубило положение архитекторов, поскольку теперь они несут солидарную ответственность со всеми участниками проекта, – объяснил Дмитрий Щеглов. – Однако с другой стороны, правила игры стали понятнее. Раньше границы были размытые, каждый из участников старался снять с себя ответственность. Приходилось проводить экспертизу и устанавливать, по чьей вине произошло разрушение. В итоге страдали люди, которые годами ждали судебного решения и не знали, кого привлечь в качестве ответчика по делу. Сейчас все стало понятно. В случае разрушения здания или его части и причинения вследствие такого разрушения ущерба лицу либо его имуществу, пострадавший подает иск к собственнику, который уже в дальнейшем в порядке регресса будет разбираться с проектировщиками, архитекторами и т.д.».

Среди других изменений в законодательстве Дмитрий Щеглов отметил возможность вне конкурса заключать контракты на осуществление контроля за разработкой проектной документации, а также контракты на приобретение произведений искусства, к которым относятся архитектурные решения. Кроме того, при необходимости внесения изменений в подобные решения теперь не требуется заключения еще одного дополнительного контракта на конкурсной основе.
В конце дискуссии Марк Каретин, адвокат коллегии «Юков и Партнеры», рассказал участникам об особенностях споров, возникающих между девелоперами и архитекторами. По мнению эксперта, главная причина споров кроется в том, что цели у них совершенно разные. Девелопер хочет построить квадратные метры, которые в дальнейшем можно продать, а архитектор – создать произведение искусства, не забыв при этом соблюсти все требования российского законодательства.

«Большинство споров по факту касаются неоплаты услуг, – рассказал г-н Каретин. – Однако если заглянуть вглубь, окажется, что девелоперы просто получают не то, что хотели. Как этого избежать? Во-первых, между архитекторами и девелоперами всегда должен быть четко сформулирован договор. Во-вторых, в законодательство должны быть внесены изменения, которые предоставят архитекторам возможность объяснить заказчику, что нарисовал он проект именно так не просто по собственной прихоти, а потому что это требование закона».