«Молодежь пытается вести диалог с государством, потому что пока еще верит в него»

Борьба с оргпреступностью не может быть этнически нейтральнойТо, что мы видели на Манежной площади, - это просто «угольки» того большого «подземного» пожара, пламя от которого обычно не видно, но зато дым ощущается не хуже, чем во время торфяных пожарищ летом этого года. Речь идет о пожаре этнического криминала и кланового общества, где люди, которые не принадлежат к кланам и могущественным корпорациям, являются людьми второго или даже третьего сорта. '''Борьба с оргпреступностью не может быть этнически нейтральной'''

Борьба с оргпреступностью не может быть этнически нейтральнойТо, что мы видели на Манежной площади, - это просто «угольки» того большого «подземного» пожара, пламя от которого обычно не видно, но зато дым ощущается не хуже, чем во время торфяных пожарищ летом этого года. Речь идет о пожаре этнического криминала и кланового общества, где люди, которые не принадлежат к кланам и могущественным корпорациям, являются людьми второго или даже третьего сорта.

'''Борьба с оргпреступностью не может быть этнически нейтральной'''

То, что человек, убитый кавказской группировкой, оказался принадлежащим к сильному неформальному моложенному клану, лишь оттеняет бедственное и унизительное положение тех людей, которые не принадлежат к подобным структурам. То есть люди, которые не являются ни болельщиками, ни милиционерами, ни членами диаспор, ни представителями национальных меньшинств или топ-менеджерами крупных корпораций, имеют все основания для того, чтобы ощущать себя сегодня людьми второго сорта. По крайней мере при столкновении с насилием, уголовным миром и правоохранительной системой.

И это серьезнейшая проблема, которая создает в обществе запрос на наведение порядка и пресечение организованной преступности, а также этнобандитизма. Разумеется, фактом является то, что бандитизм бывает не только с этнической окраской. Но при этом также абсолютно необоснованна клишированная фраза о том, что «преступность не имеет национальности». Дело в том, что одним из главных факторов существования организованной преступности вообще является фактор доверия и сетевых связей. В этом смысле этнические, родоплеменные и диаспоральные связи являются идеальной матрицей, которая гарантирует те скрепы, на которые потом могут ложиться в том числе и оргпреступные взаимоотношения. Поэтому борьба с оргпреступностью там, где она пронизана этническим фактором, также не может быть этнически нейтральной. Она должна быть этнически компетентной.

'''События на Манежной площади - реакция на нестерпимую ситуацию бесправия большинства'''

Я говорю не о том, что нужно дискриминировать людей по этническому признаку в ходе борьбы с преступностью. Просто необходимо, чтобы те структуры, которые занимаются борьбой с оргпреступностью (а сейчас таких структур после ликвидации РУБОПов фактически нет - все правоохранительные органы занимаются этой проблемой только «по касательной»), вели «прицельную» работу по этническим преступным группировкам. Во-первых, потому что это один из важнейших факторов кристаллизации среды организованной преступности. А во-вторых, потому, что этническая компонента оргпреступности является дополнительным детонатором с точки зрения устойчивости и безопасности как общества, так и государства.

То, что произошло на Манежной площади, я считаю реакцией на нестерпимую ситуацию бесправия большинства. Конечно, ни один разумный человек не будет поддерживать ни разбивание плафонов в метро, ни разбивание лиц людям, которые подвернулись под руку или чем-то не понравились. Эти эпизоды, несомненно, дискредитируют социально-этнический протест русской молодежи. И в этом смысле представляют собой проблему - нужно делать все, чтобы подобное не повторялось. С другой стороны, очень часто подобные вещи бывают «издержками» крупных массовых мероприятий. Они никак не связаны с идеологическим экстремизмом. Достаточно вспомнить пример настоящего погрома на Манежной площади в 2002 году, который был абсолютно безыдейным всплеском адреналина, который, судя по всему, был подогрет провокаторами. Притом что последние, опять же, видимо, не имели никакого отношения к идеологическому экстремизму. По сравнению с тем погромом поведение протестующих на Манежной в целом (массово) было относительно корректным. По свидетельствам очевидцев, эта толпа в целом не была настроена на уличную войну.

'''Необходимо создавать механизмы легальной канализации социального протеста'''

Сейчас существует угроза того, что противостояние молодежных группировок приобретет в Москве постоянный характер (в частности, обещают собраться кавказские группировки). В этой ситуации государство должно выступить гарантом, ограждающим страну от атмосферы гражданской войны и применить достаточно жесткие меры по предупреждению подобных столкновений. При этом необходимо создавать механизмы легальной канализации социального протеста в виде общественных движений, политических партий и легитимной «уличной политики». Потому что еще одной из причин недавнего взрыва стало отсутствие легальных, оформленных механизмов выражения протеста и влияния на государство.

По большому счету самое удивительное во всей этой истории заключается в том, что наша молодежь, которая в значительной степени была подвергнута варваризации в течение последних десятилетий, несмотря ни на что, пытается вести диалог с государством, требуя от государства правосудия. Для последнего это шанс, который свидетельствует о том, что русские в него пока еще верят. Но как долго будет сохраняться эта остаточная вера, сказать трудно. Мне кажется, что сегодня мы уже находимся на той развилке, когда в ответ на этот запросы мы увидим принятие чрезвычайных и беспрецедентных мер против организованной (прежде всего этнической) преступности либо утрату этой веры и доверия к государству.