Россия сжимает кулак в Центральной Азии

Москва создает в регионе ударную группировку, куда войдут целые соединения армий пяти стран

В условиях продолжающейся экспансии НАТО в традиционную сферу влияния России, обострения геополитической конкуренции за право доступа к среднеазиатским энергетическим ресурсам и общей мировой нестабильности, вызванной глобальной экономической рецессией, российское руководство активизировало свои усилия по наращиванию военной компоненты интеграционных процессов на постсоветском пространстве. Сразу после августовской войны с Грузией президент Дмитрий Медведев указал на необходимость «углубления коалиционного военного строительства» в рамках Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ). В последние месяцы эта установка начинает обретать практическое воплощение. В течение следующей недели в Москве пройдет целая серия мероприятий с участием высокопоставленных лиц, представляющих государства – члены ОДКБ. А финальным аккордом станет сессия Совета коллективной безопасности с участием глав государств ОДКБ. На саммите, намеченном на 14 июня, президенты поставят свои подписи под соглашением о создании в рамках ОДКБ коллективных сил оперативного реагирования (КСОР).

Напомним, принципиально этот вопрос был решен и публично озвучен еще 4 февраля. Это стало главным итогом московского саммита стран – участниц ОДКБ, в заключительной декларации которого было отражено, что силы создаются для отражения военной агрессии, проведения спецопераций в рамках борьбы с терроризмом, организованной преступностью и наркотрафиком, а также ликвидации последствий чрезвычайных ситуаций. «Все это будет входить в компетенцию коллективных сил оперативного реагирования, причем мы договорились, что это будут серьезные формирования, достаточные по своему объему, хорошо экипированные, укомплектованные самой современной военной техникой, эффективные – в общем, они должны быть по своему боевому потенциалу не хуже, чем соответствующие формирования Североатлантического блока», – пояснил президент Дмитрий Медведев. При этом наша страна передает в состав коллективных сил воздушно-десантную дивизию и десантно-штурмовую бригаду (около 8000 военнослужащих). Казахстан будет представлен в КСОР десантно-штурмовой бригадой (до 4000 человек), остальные союзники отдадут в общее распоряжение по одному батальону.

На саммите 14 июня участникам интеграционного процесса предстоит юридически зафиксировать конкретные детали в рамках достигнутых договоренностей. Однако, как выяснилось, лидеры ОДКБ не собираются останавливаться на достигнутом. Секретариат ОДКБ совместно с российским МИД планируют «закрепить» интеграционный прорыв созданием ударной военной группировки в Центральной Азии, которая по замыслу должна дополнить российско-белорусское и российско-армянское соединения, уже существующие в рамках ОДКБ. Присоединиться к новой группировке планируют Россия, Казахстан, Киргизия, Таджикистан и Узбекистан. Причем, как заявил пресс-секретарь ОДКБ Виталий Струговец, в состав центральноазиатской группировки могут войти не отдельные батальоны, как в случае с коллективными силами оперативного развертывания, а целые соединения армий пяти стран.

Впрочем, некоторые эксперты сомневаются в том, что эти масштабные планы могут быть легко и быстро реализованы на практике. Основанием для таких сомнений является поведение отдельных участников интеграционного проекта в рамках ОДКБ. Речь в первую очередь идет о Белоруссии. Минск и Москва разошлись в трактовке соглашения от 4 февраля 2009 года о формировании КСОР. Глава белорусского МИД Сергей Мартынов сделал заявление, в котором подчеркнул, что законы его страны не предусматривают участия белорусских солдат в военных действиях за рубежом. Между тем посол России в Минске Александр Суриков заметил, что межгосударственные отношения имеют большую юридическую силу по сравнению с внутренним законодательством страны. Реакция белорусского МИД оказалась неожиданно резкой: ведомство распространило заявление, в котором говорилось, что «не послы других государств будут разбираться в нюансах белорусского законодательства».

'''Перспективы создания ударной группировки в Центральной Азии под эгидой ОДКБ в эксклюзивном интервью KM.RU прокомментировал руководитель Отдела Средней Азии Института стран СНГ Андрей Грозин:'''

– Безусловно, что речь идет о настоящем прорыве в сфере военно-политической интеграции на постсоветском пространстве. Дело в том, что существуют два вида угроз безопасности – зримые и отложенные. Для стран ОДКБ зримые угрозы с каждым днем становятся все заметнее. Особенно с учетом серьезного изменения политики американцев в Афганистане и Пакистане. Пакистанская армия уже начинает «прессовать» боевиков в Вазиристане (горный регион на северо-западе Пакистана на границе с Афганистаном. - Прим. KM.RU), а в спину ее толкают стволами американские военные. Так что эти боевики начинают потихоньку перетекать в Центральную Азию. Хотя в рамках ОДКБ есть страны, для которых это пока не актуально. Например, Белоруссия. Но я полагаю, что Александр Григорьевич – человек, конечно, здравомыслящий. И он выстраивает политику участия своей страны в международных организациях с точки зрения белорусских интересов.

Но, кроме исламистских боевиков с бородами и автоматами Калашникова, ведь есть респектабельные гладко выбритые брюссельские чиновники из НАТО (они даже армейскую форму не носят). Так вот эти ребята могут съесть Белоруссию и даже не подавятся. НАТО вообще, как известно, мягко стелет, да жестко спать. Пока же понимание того, что интеграцию в военной сфере необходимо активно продолжать, в первую очередь приходит к среднеазиатским руководителям. Дело в том, что внешние силы сейчас активно пытаются вывести этот регион из состояния мирного равновесия. А для того, чтобы с тобой считались, нужно наращивать силы. Сделать это в одиночку достаточно трудно. Значит, нужно объединять усилия. Создание коллективных сил оперативного реагирования ОДКБ (а теперь еще – и особой ударной группировки) – это жесткие военно-политические мускулы постсоветского пространства.

Я не говорю о необходимости его милитаризации и превращении ОДКБ в некий аналог Варшавского договора. «В одну реку нельзя войти дважды», и ОДКБ – это не Варшавский договор, как бы ни пытались это представить таким образом наши «друзья» из дальнего зарубежья. Утверждать это – слишком примитивно и тупо. На самом деле Россия просто возрождает свою историческую зону влияния. И не надо стесняться этого. Каждая страна отстаивает свои национальные интересы так, как она считает нужным. Я думаю, что нам уже давно пора прекратить оглядываться на Запад. Мы живем в мире, который становится все более жестким. Это не значит, что мы скатываемся в какой-то Апокалипсис. Просто каждая страна будет все меньше обращать внимания на риторику (для оправдания действий, совершенных для достижения своих национальных интересов). И наши западные «друзья», на которых мы пытались долгое время равняться, дают нам яркий и наглядный пример этого.

Посмотрите, какова была реакция на попытку мятежа в Андижане в 2005 году. Узбекистан тогда пытались поставить на колени. А Каримова хотели так нагнуть, чтобы он после этого уже не разогнулся. Но из этого ничего не вышло. Каримов просто выкинул американцев из Ханабада, а европейцам показал такую дулю, что они до сих пор находятся в прострации по этому поводу. А потом наши европейские «друзья» забыли о «нарушениях прав человека» в ходе подавления бунта в Андижане и сказали, что «главное – продолжать диалог и развивать экономическое сотрудничество» с Узбекистаном.

Кстати говоря, то, что происходило в Ханабаде в течение трех последних дней, – это наглядное доказательство того, что в Центральной Азии может рвануть так, что очень серьезные проблемы возникнут и у России. У нас – 7500 км пустой, почти прозрачной границы с Казахстаном. Если в Центральной Азии начнутся безобразия, то американцы просто ретируются восвояси, а все беженцы окажутся в России. И нам придется решать этим вопросы самим. Поэтому у Средней Азии и у России должен быть общий военный кулак, чтобы они могли постоять за себя. Вопрос – в том, как будет реализована эта инициатива. Пока все идет к тому, что партию «первой скрипки» при принятии командных решений в группировке будет играть Россия.

Консенсусный подход (и стремление договориться так, чтобы никто не обиделся) в данном случае в корне не подходит. Потому что если предположить, что завтра, не дай Бог, что-то начнется в Коканде или Намангане, а мы начнем долгий и нудный процесс согласования вопросов, связанных с участием в урегулировании конфликта сил коллективного реагирования или ударной группировки… Например, в настоящий момент Ислам Каримов находится в Бразилии, а без него в Узбекистане ничего не работает. Пока он вернется, даст распоряжение, назначит людей, которые будут ответственны за его реализацию, – на это уйдет 3-4 дня. Все-таки коллективные силы оперативного реагирования должны соответствовать своему названию. Т. е. они должны реагировать оперативно. Хотя, конечно, среднеазиатские руководители сразу не согласятся на это и будут до последнего цепляться за свою призрачную самодостаточность и независимость. До тех пор, пока их не клюнет жареный петух.