«Если мы серьезно относимся к евразийской интеграции, то компромисс по Байконуру нужен»

Компромисс представляется очень логичным

«Известия» пишут, что Россия и Казахстан договорились о том, как выстраивать отношения по поводу использования Байконура. Россия не уходит из космодрома, вместе с тем ожидается поэтапный вывод из российской аренды объектов Байконура. Объекты теперь будут эксплуатироваться совместно, и возможность запуска «Протонов» у России сохранится.

Мы обратились к Михаилу Леонтьеву с просьбой прокомментировать ситуацию вокруг космодрома и в целом охарактеризовать отношения России и Казахстана.

Без России говорить о серьезных казахстанских космических проектах невозможно

С самого начала, когда в прессе раздувался конфликт по поводу требований Казахстана по поводу Байконура, специалисты говорили, что это – переговорная позиция, торг, и не договориться по этому вопросу будет очень сложно, если не невозможно. Просто это была позиция для достижения компромисса. А компромисс представляется очень логичным: ведь если мы действительно серьезно относимся к евразийской интеграции, то субколониальные формы эксплуатации каких-то объектов совершенно не нужны. С казахстанской точки зрения гораздо легче не взимать серьезных платежей с России или вообще не взимать, если это – объект совместной эксплуатации. А с российской точки зрения нет никаких оснований лишать Казахстан возможности участвовать в этом проекте.

Понятно, что в любых формах и в любой реальной перспективе участие Казахстана по объемам не будет паритетным, поскольку Казахстан не относится к тем странам, которые могут позволить себе масштабную космическую программу.

Без России говорить о серьезных казахстанских проектах, кроме запуска чужими руками сделанных за границей спутников, невозможно. А так Казахстан становится космической державой, и это дает возможность рассматривать Байконур (в свете таких договоренностей) как объект, имеющий перспективу своего развития, достаточно неограниченную во времени. Да и во всех смыслах объект перспективный, потому что до этого вкладываться в развитие объекта с российской точки зрения было бы довольно стремно.

В огромной степени интеграционная составляющая зависит от воли России

На основании некой временной договоренности, с учетом того, что объект расположен на чужой территории, насколько можно рассчитывать, что так будет всегда? На самом деле – ни насколько! Это сразу вызывает целый ряд проблем в связи с его развитием. Сегодня Казахстан, даже с наличием альтернативных пусковых зон, является наиболее перспективным с точки зрения пуска российских ракет.

Я много раз говорил и еще раз подчеркну, что можно говорить о проблемах и сложностях, о неполном взаимопонимании в рамках процесса евразийской интеграции (с учетом его сроков), но в огромной степени интеграционная составляющая зависит от воли России. Воля не только в нашем декларируемом искреннем желании этим заниматься, но и в тех усилиях, которые Россия реально готова для этого предпринимать.

Не существует никакой интеграции в отрыве от экономической политики. Если Россия не уйдет в экономический рывок, не обеспечит нового сегмента экономического притяжения, альтернативного общему кризису и другим таким объектам, то ни о какой интеграции и речи быть не может. Тогда российская интеграционная идея будет развиваться параллельно европейской, то есть разваливаться. Вот и все.