«После войны с Грузией стало ясно: с такой армией серьезных вызовов мы не выдержим»

Мы имеем новую армию, и это выставка вооружений новой российской армии

Недавно прошла выставка вооружений в Нижнем Тагиле, на которой я побывал, и сейчас я хочу поделиться впечатлениями с читателями KM.RU. Я не инженер и не техник, поэтому смотрю на выставки с макроэкономической точки зрения. Поэтому я отмечаю тенденцию и не разделяю «Тагил» от «МАКСа-2013», который также завершился сравнительно недавно.

Что бы ни говорили о Сердюкове, а он сделал тяжелую работу

Мы знаем претензии к этим выставкам со стороны военных специалистов, которые говорят, что новинок мало и что мы тут или там отстаем, а в целом нового у нас и не появляется. Строго говоря, это неправда. На «МАКСе» мы видели летающий самолет пятого поколения. Но важнее всего то, что мы впервые демонстрируем современную, сделанную в России, технику, массово закупаемую нашей армией.

Руководство страны сделало вывод на основании вроде как триумфальной пятидневной войны «08.08.08», что с такой армией никаких серьезных вызовов мы выдержать не можем. До реформ, кроме ВДВ и нескольких элитных частей, некому было поставлять боевую технику. Что бы ни говорили о Сердюкове, а он сделал тяжелую работу, и армию построили по новому принципу. Да, это сделано с огромными ошибками, залихватскими идеями, с огромным количеством эксцессов исполнителей, но такую армию можно было вооружать.

Мы имеем новую армию, и это выставка вооружений новой российской армии. Мы все упиваемся внешнеполитическим триумфом в Сирии, а этот триумф находится в прямой связи с реализацией государственной программы вооружений. Страна, у которой нет современной армии, пусть и с проблемами, не может добиться никаких внешнеполитических триумфов по определению.

СССР сделал великолепную оборонную индустриализацию, на ней мы и живем многие годы

Второй момент – это то, что говорил Дмитрий Рогозин. Он представил в Тагиле концепцию, произнес речь на пленарном заседании. Там изложено видение того, как должна выглядеть оборонная промышленность, какие у нее должны быть взаимоотношения с армией, с миром, экономикой и народом.

Он сказал первую вещь, и я считаю, что она была просто убийственной для так называемых креаклов. Он сказал, что наша задача – существенно поднять роль и позиции креативного класса в оборонной промышленности. Это политически точная штука: реальный креативный класс, то есть люди, способные производить новые знания и умения, в России сосредоточены в области оборонки. Использовать эти знания и умения можно где угодно, в любой индустрии. Причем мы имеем перфекционистские образцы вооружений после всего развала и 15-летнего нефинансирования, после невостребованности перевооружения собственной армии! Да, у нас куча проблем. Хотелось бы посмотреть, каким образом у нас их могло бы не быть... Но образцы вооружений у нас есть, и это смывает всю «болотную» дрань.

А второй момент – это то, что сказал Рогозин про позиционирование гособоронзаказа с точки зрения общей концепции развития. Для нас очень важен трансфер технологий в гражданку. Это то, с чем не справился Советский Союз в силу известных, понятных условий. СССР сделал великолепную оборонную индустриализацию (на ней мы и живем многие годы), но гражданскую индустриализацию в конечном итоге Советский Союз провалил. Да, не везде он ее провалил, не всегда и не на всем протяжении своей истории, но я говорю о конечном итоге. Нерыночная экономика не могла эффективно транслировать в гражданку военные технологии.