«Что требует оппозиция? Да то, чтобы не Путин, а они были у власти, и все!»

Немало людей поддержали и «самодержавный» принцип назначения преемника

Согласно опросу Левада-центра, 62% респондентов предпочитают демократическую процедуру смены власти в стране. При этом 33% хотели бы видеть Владимира Путина на посту президента России после 2018 года, а его нынешний рейтинг поддержки составляет 41%.

Результаты соцопроса комментирует российский политолог Владимир Жарихин.

Оба принципа смены власти приводят к одинаковым результатам

Поскольку не все пойдут на выборы, то 41% от опрошенных, которые сейчас поддерживают Путина, превратятся примерно в 60% от числа избирателей, которые готовы приходить на выборы: ведь явка-то не стопроцентная. Никакой сенсации тут нет, около такого процента как раз и оказался результат, который Путин получил на прошлых президентских выборах.

Теперь переходим к ответам относительно процедуры смены власти. Хотя большинство (62%) высказалось за демократию, но немало людей поддержали и «самодержавный» принцип назначения преемника. Надо сказать, что оба принципа смены власти приводят к одинаковым результатам. Были удачные и неудачные цари, получившие власть по наследству, но то же самое получается и при выборах. Отличие в том, что во втором случае народ разделяет ответственность за свой выбор вместе с «царской семьей». Так что я не критикую людей, предпочитающих принцип назначения преемника демократическим процедурам: ведь на выходе получается одно и то же.

У Владимира Владимировича Путина все нормально

Что касается числа респондентов, которые хотели бы видеть Путина президентом после 2018 года, то я рассматриваю саму постановку такого вопроса социологами как проверку рейтинга Путина по сравнению с идеальным соперником. Ведь Путина мы уже знаем, а кто окажется его конкурентом в будущем, неизвестно. И с этой точки зрения 33% – это очень хороший результат. У Бориса Ельцина в начале 1996 года было 2%, а потом он набрал около 50%. Когда Ельцина начали оценивать не абстрактно, а в сравнении с реальными Зюгановым, Лебедем и другими, то и его рейтинг начал расти. А у Путина уже 33%, это очень много.

Так что у Владимира Владимировича Путина все нормально, и, думаю, респонденты записали ему в плюс волевое действие Виктора Федоровича Януковича, который не подписал договор об ассоциации с Евросоюзом. Народ видел, сколько времени Путин с Януковичем обсуждали «погоду и рыбалку».

Обычно серьезный оппонент появляется из недр власти

Путину удается поддерживать консенсус во власти на основе компромисса. Внутри власти я могу назвать 10-15 человек, которые могли бы с ним посоревноваться, но они в его команде. Обычно серьезный оппонент появляется из недр власти. При расколе внутри элит кто-то вылетает из обоймы и снова начинает борьбу за власть. В большой команде Путина есть люди, которые занимают достаточно различные позиции, но он умудряется их консолидировать, а в противном случае они могли бы стать серьезными оппонентами.

Думаю, что оппозиция по многим вопросам находится в рамках этого консенсуса. Экономическая политика Путина близка к экономическим позициям многих его оппозиционеров. У нас на дворе либерально-олигархический капитализм. Подвергают ли они сомнению принципиальные устои экономической модели, действующей при Путине? Что требует оппозиция? Да то, чтобы не он, а они были у власти, и все! А когда говорят общие демократические слова, то начинаешь проверять свои карманы.

Короче говоря, данные Левада-центра любопытны, интерпретировать их будут по-разному. Я это сделал на основе имеющегося опыта неполитизированной интерпретации данных. Я – сторонник демократии, и мне не очень нравится преемническая система, которая медленно, но верно у нас складывается, однако я понимаю, что это объективно, и это соответствует представлениям значительной части населения и большинства политической элиты.