Данко: «Я — за Перельмана!»

Его зовут Александр Фадеев. Весьма загадочная личность – певец, танцор, художник и даже где-то философ…

Я встретила его на меховом показе одного из российских дизайнеров и подумала: «Если звезда не в шоке, то в мехах!» Оказалось, совсем наоборот. Одет он был просто – джинсы, маечка, кепочка… И Александр  оказался интересным собеседником. «Мой малыш растет не по годам…», - мурлычем мы вместе с ним. А он приезжает в гости к дочки, и может жить только один…

- Данко, Саша… Как к тебе обратиться? Штирлиц, как вас зовут?!

- Штрилиц! А так же Саша и Данко.

- Данко - звучит очень красиво…

- Я рад, что вам нравится, потому что некоторые говорят, что очень некрасиво. На вкус и цвет товарищей нет!

- Радуйся, когда критикуют - значит, есть чему позавидовать… Что происходит сейчас в твоей творческой жизни?

- Самое интересное событие в моей жизни произошло не так давно – это Экологический проект в Госдуме. Я исполнял экологическую песню, и мне сказали, что я второй после Кобзона, который исполнял подобную песню. Это была звуковая инсталляция, типа музыки  голосов разных животных. У нас там и дельфины, и касатки, и даже синий кит! Весь экологически чистый мир пел для депутатов и умолял их: «Пощадите! Подумайте о нас! Мы тоже живые!» Ведь рядом с нами живет много существ, о которых мы обязаны заботиться. Мы все являемся частью биосферы, поэтому убивая себе подобных, мы убиваем себя. И просто можем погибнуть…

- Да ты почти как князь Монако Альберт Второй – страстный борец за экологию! А почему же ты пришел на показ мехов? Так любишь меха?

- Наоборот, я сразу спросил: «Где краска?» И пожалел, что не взял с собой баллончики, чтобы провести экологическую акцию. Я не хожу в норках-соболях. Дружу с дизайнером Натальей Лакузо, к которой пришел на показ, потому что надеюсь - она схватится за голову и перестанет производить эти меховые изделия. Сейчас же есть шикарные заменители, более ноские.

- Ты так любишь эрзац?

- Вот сейчас я делаю ремонт. Допустим, хочу камень под столешницу или на пол положить. Искусственный, считаю, не хуже настоящего, который  крошится, и впитывает разную грязь, даже бывает радиоактивным. Агломерат же по качеству и красоте более навороченный, чем настоящий камень. То же самое происходит и с кожей. Натуральная кожа – это хорошо, но заменители нового поколения намного лучше. Чем сдирать кожу с животных, сдерите ее лучше с себя!

- Получается, что Наталья Лакузо твой друг-враг одновременно?

- Да, надо ее перевоспитывать. У меня в душе есть такая тайная надежда.

- Теперь я поняла, почему ты здесь не поешь. В знак протеста! Такая у тебя сегодня миссия. Надо было исполнить экопесню против натурального меха. Какое приятное событие в твоей жизни сейчас приходит на память?

- Окончание школы было для меня приятным событием. Отличником я не был, но закончил без двоек. Одним словом, хорошо! Любил гуманитарные предметы – литературу, историю... Химия и математика мне были не очень интересны. А выпускной бал – шаг в новую большую жизнь с широко открытыми глазами.

- И ты сразу сделал правильное решение, касательно твоей будущей жизни?

- У меня перспективы-то не было. Наоборот – свободный выбор. Я закончил Московское академическое хореографическое училище, и нас распределяли по театрам. Мне хотелось, чтобы меня взяли в Большой театр. И меня туда взяли! Проработал там артистом балета 15 лет.

 - Вот это повезло – такая школа! Представляю, что ты там испытал. Попал в клубок целующихся змей?

- Змеи-то, конечно, были. Познакомился и с милыми людьми. Когда поехали на гастроли в Питер, впервые увидел Волочкову. Мы занимались мастер-классом вместе с питерскими актерами, а она только что пришла в театр. Потом Настя перекочевала к нам в Большой. Теперь все знают Анастасию Волочкову и то, какая она красивая!

- И все знают Данко! Но не как танцора, а как певца.

- Вот такие жизненные коллизии… Судьба! Человек предполагает, а Бог располагает. Просто я не люблю циклиться на чем-то одном, предпочитаю развиваться широким планом, а не узконаправленно. Ведь мир настолько большой, и я стараюсь на максимуме своих возможностей охватить все. И не делать из какой-то одной ситуации остров, на котором можно остаться Робинзоном. Я хочу жить со всеми на материке.

- И ты выбрал такой жесткий мир, как балет, пение… И как ты себя чувствуешь в этом мире?

- Я хочу сказать, что все миры похожи.  Любой другой мир устроен по таким же схемам. Мне кажется, что в ЖЭКе происходит все то же самое, что и в балете. Да и в любой сфере человеческой деятельности происходит какая-то внутренняя «борьба». Но это не главное. Важнее творчество и то, чем ты занимаешься, а не «желтуха». Я помню, как танцевал, все свои роли…

- А печальное ты вспоминаешь, когда хочется плакать?

- Мне не хочется плакать, мужчины не плачут! У них нет такой функции в организме – даже когда им хочется поплакать, слезы не выделяются. А женщины, наоборот, все время плачут, даже когда не хотят. Просто они умеют пускать слезы, и этим искусно пользуются. Их организм так биологически устроен.

- Ах, эти нежные особы! Просто мужчины быстрее находит выход из затруднительной ситуации?

- Вот я, например, люблю спорт и много им занимаюсь. Зато мне легко ходить, я хорошо себя чувствую. В здоровом теле - здоровый дух! Надо все время включать силу воли. Организм и душа, изувеченные алкоголем и наркотиками, теряют силу воли. Такая душа не может в трудных ситуациях «прожать» и продавить до конца дело, которое ты начал. Алкаши и наркоманы – очень плохие люди!

- А другие, наоборот, преодолели немало в жизни и стали звездами!

- Да у многих было тяжелое детство – и у моей мамы, у моей бабушки. Они не стали известными, но просто они стали очень хорошими людьми – честными, добрыми…  Все через что-то прошли. Главное, оставаться нормальным человеком в этой жизни!

- Интересно, как ты стал рисовать?

- Это просто моя медитация, вместо просмотра телека и протирания локтей и задницы за компьютером. Я так отдыхаю. Моя мама любит кроссворды разгадывать с утра до ночи. А мне больше удовольствия доставляет рисование картин. Я и петь-то так начал. Требовалась разрядка после танцев, смена рода деятельности, чтобы морально отвлекаться. И я сидел, разучивал романсы, которые люблю до сих пою. Придумывал песни на стихи Серебряного века. Вот таким макаром у меня накопилось огромное количество произведений, как у композитора. Я показал их одному Человеку-Пароходу и он сказал: «Пой!» Я и запел. Так и с картинами произошло. Любое мастерство приобретается. Кто-то часами таращится в поле на березку и пытается ее срисовать, кому-то картины во сне приходят. Кто-то на выставке что-то рисует при помощи… кофе! Разными способами люди находят дорожку к самовыражению. Главное, чтобы человек реализовал свои идеи и превращал их в реальность! Из ничего можно сделать что-то, а каким методом – неважно. Главное, не убивать животных и не делать из них шубы! На чужом несчастье счастья не построишь - Лакузо, опомнись, пощади котят, у них дома детишки!

- А рисуешь-то ты животных?

- Я рисую то, что у меня вызывает желание, чтобы я это нарисовал. Это совершенно разные темы. В Госдуме я подарил портрет режиссеру Бертрану, который не только радеет за дело экологии, но и многое сделал для этого. Меня вдохновил этот человек, для меня он святой! И мне очень хотелось его нарисовать. Бертран хочет показать картину на своей выставке, наряду со своими потрясающими экологическими фотоработами неземной красоты. Он много ездит по земному шару, находит что-то интересное  и показывает людям, в каком прекрасном мире мы живем. И надо этот мир сохранить! Мысленно подключаешься душой к этой идее… Ведь можно подключится к идее сатанизма и начать делать плохие вещи. А я хочу слушать свое сердце. Мы все получаем профессию – кто столяра, кто зубного врача… Но главное – оставаться человеком! Если мы не обратим внимания на экологию, то нам останется 50 лет жизни. Это не шутки! Человек просто не осознает то, что он творит и сам себя убивает. Ему кажется, что ничего не меняется. А пол-Сибири уже горит! А это наши легкие. Не будет леса, мы все умрем. А коль нечем будет дышать, то и жизнь  закончится. Надо думать хотя бы о себе. Ледники растаяли уже на 40 %. И могут нас затопить. И это не фантастика, а страшная реальность… Детям-то нашим за что страдать?! Некоторые бухают, задурманивают голову алкоголем. И ведут разговоры о том, кто какой шикарный дом себе построил. Мне кажется, интереснее двигаться в сторону естественного человеческого существования, а не жить ради денег любой ценой. Мещанство – это страшно, отвратительно!

- А  Григорий Перельман отказался от премии в миллион, доказав теорему! Про нас будут говорит: «Они жили в эпоху Перельмана!»

- Очень правильный вывод. Я – за Перельмана, великий математик - молодец! Он понимает, что все это ерунда…

 

Беседовала Людмила Николаева