Портрет на конверте. Его узнала вся Россия
В 1923 году пришел во «Власть труда» (так называлась газета тогда). И не только сам многое сделал для редакции, но и немало подготовил молодых газетчиков в то время, когда их не хватало.
«Учиться у него было легко, — вспоминает рабкор «Советской Башкирии» Е. Киселев. — Он был очень внимателен к людям. Многое сделал и для меня. Поэтому хочется остановиться на этом подробнее.
Я стал работать в редакции инструктором рабсельхозов (была такая должность). Как-то мне пришлось выехать в село, и я дал материал в сельхозотдел, заведующим которого был Иван Петрович.
Видимо, материал ему понравился, и он договорился с редактором Чернявским о переводе меня к нему в отдел. Однажды он мне сказал:
— Тебе на уборку придется выехать в Месягутовский совхоз.
— Совхоз — механизированное хозяйство, а я не разбираюсь в технике.
— Придется учиться.
Я заранее обзавелся учебниками по существующим маркам тракторов и комбайнов, но оказалось, что все это не то. Показал ему чертежи деталей и говорю:
— Вот если бы все это подержать в своих руках.
— Нетрудно сделать, сходи на улицу Аксакова: там есть машинно-тракторная мастерская, договорись. Время еще есть.
Я договорился с директором станции Тимофеевым, что с 7 часов до обеда буду работать у них, а вторую половину дня — в редакции. Начал с мытья деталей (их в противне керосином мыли) и вскоре освоил трактор.
Зато когда поехал в совхоз, то вполне сносно разбирался в технике.
Или однажды Недолин говорит:
— Придется тебе выехать в колхоз «Коммуна» Буздякского района и написать о кроликах.
— Иван Петрович, — говорю ему, — в жизни ни разу не видел кроликов, как же я поеду туда, если не разбираюсь в них.
— Если так, то иди в Башнаркомзем, у них есть специалисты, научат. Только скажи, для чего тебе это надо.
Пошел в Наркомзем. Нашел нужный отдел, высказал свою просьбу. Начальник отдела мелкого животноводства прочитал целую лекцию о кроликах, снабдил популярной литературой, а потом повел за город на их крольчатник, и там каждую кроличью голову я за уши подержал.
Выехал. Получился хороший очерк о ферме колхоза «Коммуна», так что заведующему фермой со всех сторон стали письма слать, а мне еще раз пришлось выступать по этому поводу».
Вот такие советы давал Иван Недолин. Но не затянула его повседневная газетная текучка. От стихов, корреспонденций, заметок он перешел к очеркам и рассказам, а затем к повестям.
В книге очерков «Рейд Блюхера» (1932), в повести «Перевал» (1934) он рассказал о героическом рейде Южно-партизанской армии в 1918 году.
«Рабочим Башкирии, металлистам Белорецка, шахтерам Баймака, красноусольским стеклодувам, пролетарскому костяку краснопартизанской армии Блюхера и Кашириных посвящены эти строки, — пишет он в первой книге. Вместо предисловия к «Перевалу» написано: «Маршалу Советского Союза Василию Константиновичу Блюхеру посвящены эти записки о подлинных событиях и людях восемнадцатого года».
Эти надписи, видимо, и сгубили Ивана Недолина. В 1937 году он был репрессирован. Однако выжил. Вернулся на родину. В последние годы работал в книжном издательстве. «Из русских писателей, с кем мне приходилось встречаться в Башкирии, Иван Недолин — самая занятная фигура, — вспоминал поэт Василий Трубицын. — Это один из тех писателей, о котором непростительно мало пишут, но зато всегда как-то по особому тепло и дружелюбно вспоминают. В журналистских кругах говорят, что у него «отличное перо журналиста», в писательских — «Недолин — настоящий писатель». Если к этому добавить, что Иван Петрович Маркелов-Недолин — совестливый человек, тихий и скромный, который воспитал себя как гражданина, а потом только взялся за писательское перо, то получится, может быть, неполный, но достоверный портрет писателя».
Иван Недолин так и не дожил до справедливой реабилитации. Он умер 5 марта 1947 года, похоронен в Москве. О нем напоминает родительский дом писателя по улице Шепелюка, 28 в Стерлитамаке.
Ю. УЗИКОВ.
Комментарии читателей