ДИКИЙ ОЛЕНЬ "ЗАКОНЧИЛСЯ"

Дикого северного оленя, как и всей еловско-укин-ской группировки, больше не существует в природе Передо мной полётная карта "полуостров Камчатка". Тридцать лет назад во

Дикого северного оленя, как и всей еловско-укин-ской группировки, больше не существует в природе

Передо мной полётная карта "полуостров Камчатка". Тридцать лет назад во время проведения одного из первых, с моим участием, авиаучётов дикого северного оленя на Камчатке, на карту была нанесена своеобразная геометрическая фигура, периметр которой служил контуром размещения "дикарей" перед весенней миграцией на равнины в междуречье Еловки, Маимли и Уки на севере. Далее олени шли к восточному побережью посолониться морской водой и принести потомство на пространствах начикинских, укинских и озерновских тундр. Затем олени широкой полосой разбредались по тундровым пространствам от устья реки Хайлюля на севере и почти до реки Камчатки на юге.

Здесь проходила их летовка. Животные набирали необходимый жир для предстоящей зимовки, молодняк подрастал, лишь ранняя осень служила оленям сигналом к началу перемещения в каменноберезники - на грибы и ягоды рябины, добирать "зимние запасы". Потом - на зимовки, обратно в горы.

Начало весенней миграции оленя совпадает с периодом дневных потеплений и ещё сильных ночных морозов. К этому времени на снежном покрове образуется наст, который "держит" оленей и позволяет им с малыми энергозатратами преодолевать большие расстояния - до 20 километров в сутки. Прежними исследователями это "стадо" диких северных оленей было названо Еловско-Укинской (Озерновской) группировкой.

Обычно к началу-середине марта олени группировались на местности с границами по прямой от Алнея к горе Медвежья, затем к "замку" - г.Шишель. От Шишеля границей размещения оленей служила линия к г.Кунхилок, далее к г.Сердце-Камень и, минуя оз. Двухюрточное, она замыкалась вновь на Алнее. Общая площадь ранневесеннего обитания животных составляла около 3500 кв. км. Численность их оценивалась по разным годам от 3 до 4 тысяч - то больше, то меньше.

В максимуме, с учётом иных зимовок в этой группировке, число дикарей к периоду весенних миграций составляло до 5 тыс. особей - то есть не менее одного зверя на 1 кв. км. Очень редко, когда учёты проводились позднее, из-за непогоды или при раннем наступлении весны, в обследование приходилось включать окрестности горы Орловой и междуречье Кунхилока и Шишеля до Еловки. Далее на восток летать запрещалось - "секретный полигон" (это было давно).

В этом году на Камчатке впервые за довольно длительное время возобновились работы по учету численности дикого северного оленя. С 12 по 15 марта группа охотоведов и специалистов совершила второй облет по очередным маршрутам на вертолёте МИ-8 с командиром В.Н.Квасовым. На этот раз состав группы был меньшим, чем в первом. Камчатохотуправление представляли биологи-охотоведы В.Н. Гордиенко и В.Ю.Воропанов, науку - сотрудники КИЭП ДВО РАН П.С.Вяткин и автор этих строк.

Наш курс от п.Эссо вёл к основной в прошлом зимовке Еловско-Укинской популяции оленей. Сначала прошли по западным макросклонам Срединного хребта до верховий р.Тигиль. Убедились, что "дикарей" здесь нет, как впрочем, не оказалось и обычных в прошлом стад домашних оленей. Обогнули г.Алней и, в связи с отсутствием видимости на севере, были вынуждены возвратиться на восточные склоны Срединного хребта.

Следующий день оказался с прекрасной видимостью, безоблачным небом, и полёт продолжился в зону зимовки, что отмечена в начале статьи. Трансектным маршрутом пересекли все оленные долы. По основным из них прошли челночными маршрутами от пояса лесной растительности и почти до осевой системы хребта. Затем проверили все прошлые оленьи "ухоронки" вокруг горы Орловой. Не смогли лишь заглянуть в окрестности озер Глубокое и Междусопочное, где, по некоторым сообщениям, в последние годы укрывалось небольшое стадо оленей. Затем по предгорьям и морскому побережью ушли на заправку в Оссору.

После Оссоры у нас появился новый проводник Александр Остряков - знаток оленьих угодий от п.Тымлат до Парапольского дола. В систему Корякского хребта не пошли, там дикие олени отсутствуют издавна.

Из-за усилившегося ветра и надвинувшейся с запада облачности вернулись в Оссору вдоль морского побережья. С освещённостью повезло и на обратном пути в Эссо. Здесь тщательно проверили все места, где могли быть дикие олени. Хребет Скалистые горы, отроги г. Начикинской на п-ове Озерной, низменные тундры междуречья Озерной и Уки, а на юг - вновь восточные отроги Срединного хребта до оз. Двухюрточного.

Я не случайно так детально описываю наши маршруты, поиск оленей в различных горных системах, на локальных тундрах и всевозможных "ухоронках". В результате четырёхдневного маршрута мы не нашли, вернее не увидели ни одного дикого северного оленя и даже не единого следа этих животных. Видели множество следов зайцев, росомах, лисиц, соболей, глухарей, табуны куропаток, но оленя - ни одного.

Перед полётами в этот район ключевской охотник - наш коллега Анатолий Криворотенко - сообщил нам, что на протяжении от реки Двухюрточной и до верховий Еловки за зиму охотники отметили по следам переход всего пяти оленей в сторону Срединного хребта. Один из наших коллег заметил: "Как же мы будем рассчитывать численность оленя в этой группировке? Ну, хотя бы штук пять увидеть. Тогда можно было бы провести экстраполяцию на остальную территорию. Вывести численность". Можно бы было, но тогда, учитывая площадь осмотренной территории и всей зоны обитания оленя в это время, мы получили бы численность в 80-100 особей, а ошибка вычислений составила бы + 200-300 %. Отрицательной численности не бывает, следовательно, не может быть и положительного результата с завышением в 2-3 раза.

Вывод: дикого северного оленя, как и всей еловско-укинской группировки, больше не существует в природе. В той местности, где когда-то обитала мощная группа оленей с численностью до 5000 особей, сегодня если и остались единицы, либо один-другой десяток, пусть даже третий-пятый, то они обречены - даже если больше ни один охотник никогда не поднимет оружие на этого зверя. Таким образом, нам лишь писать отчёт об истории динамики численности оленя от указанного количества до - нуля. Как бы хотелось ошибиться в этом предположении.

Извечный вопрос - кто виноват. Здесь целый комплекс. Первое: на промысле оленя чаще всего применялось негодное оружие для отстрела оленя. Это всевозможные карабины, чаще всего полуавтоматы под современный армейский патрон. В своё время исследования показали, что даже при очень точной стрельбе из такого оружия 20-30 % зверей уходит от охотников в виде подранков. Это по отношению к числу добытых.

Второе: для охоты, вернее для отстрела, применялись снегоходы и вертолёты. В этом случае число подранков возрастает, порой теряется даже более половины. На путях осенней миграции оленей на полигоне, выстраивались заслоны оленю вблизи всевозможных ИПов, ДИПов, КПП, там стреляли только из армей-ского оружия - автоматов и даже пулемётов.

Третье: в конце 80-х и начале 90-х прошлого столетия на зимовки дикого северного оленя обрушился шквал браконьерских налётов на вертолётах (в роли браконьеров были работники оленеводческих хозяйств, госпромхозов, а в качестве заключительного аккорда - военные известной "двадцатки"). Уже к 1992 - 1993 году олень "закончился".

На зимовках оленей не надо даже стрелять, достаточно несколько раз погонять стада вертолётом или на снегоходе. Если такое случится пять-шесть раз за зиму, то "большую" половину к весне не досчитаешься. А если чаще? А сколько ещё останется подранков? Столь же чувствителен к беспокойству зимой с помощью технических средств и снежный баран. Лось - меньше.

В те годы я работал постоянно в окрестностях горы Орловой. Десятки раз наблюдал за "работой" военных вертолётов на долах - зимовках оленя. Можно найти номера вертолётов, самолётов-разведчиков, вычислить фамилии "истребителей" оленей. Но "поезд ушёл" - исковая давность по браконьерству, если не ошибаюсь, всего три года. А сколько лет потребуется для того, чтобы численность оленя в этой группировке восстановилась, если будет полный запрет на добычу и когда-нибудь несколько стад "дикарей" придут сюда с территории Кроноцкого заповедника?

Впереди у нас последний маршрут на юг полуострова, но, возможно, и там диких оленей не окажется. Тогда придётся уже поднимать другой извечный вопрос - что делать?