Где ошибка? Где вина?
Восседающий в коляске белоголовый Сережа недовольно крутится, тянет к Светлане пухленькие ручки, кривит ротик, намереваясь заплакать… - Капризничает, потому что ему спать давно пора, - взяв малыша на руки, Светлана целует его в розовую щечку и тихонько произносит: – Мой сыночек… Однако маленький Сережа ей не сын, а внук. Его восемнадцатилетняя мама – Светланина дочка Ольга - умерла через несколько дней после появления малыша на свет. Это произошло в первых числах декабря в Тацинской центральной районной больнице. Непредсказуемые беды… Для организаторов здравоохранения каждый случай материнской смерти – кричащее ЧП. Хотя этот показатель у нас в области и ниже общероссийского, тем не менее время от времени трагедии случаются. Причем всякий раз неожиданно, казалось бы, “на ровном месте”, как гром среди ясного неба. Мне и самой несколько раз доводилось писать о таких ситуациях. Например, о возникшем у роженицы при даче ей наркоза так называемого “синдрома Мендельсона” – грозного осложнения, из-за которого в конце концов и погибла та молодая цветущая женщина. А года три назад в Мартыновском районе была осуждена врач-гинеколог, делавшая кесарево сечение фельдшеру своей же больницы. Врача тогда осудили по статье 109 часть 2 - причинение смерти по неосторожности в результате ненадлежащего выполнения профессиональных обязанностей, назначив ей условный срок. Как установило следствие, врач потеряла время и слишком поздно обратилась в “санавиацию” - отделение экстренной и плановой консультативной помощи областной клинической больницы №1… 18-летней Ольге Таций из станицы Тацинской, когда она поступила в роддом, тоже было сделано кесарево сечение. И тоже, как признавали потом члены расследовавшей этот случай комиссии, драгоценное время оказалось непоправимо упущено, обращение в “санавиацию” сделано с опозданием… Сработал “принцип домино”… - Это было воскресенье, - вспоминает Светлана. – Когда Оля ощутила первые предвестники родов, я даже не волновалась: она ведь с первых же дней наблюдалась в поликлинике, чувствовала себя прекрасно. Мы с сестрой на такси отвезли ее в больницу, оставили там детские кашки, сдали родовой сертификат. “К вечеру родит”, - уверили нас там. На дежурство заступила врач Наталья Евгеньевна Семисотова. Осмотрела Олю и тут же вышла к нам со словами, что надо делать кесарево сечение – из-за поднявшегося давления. Дочку отвезли на каталке в хирургию. Мы ждали, не уходили – и тут мимо нас пронесли только что родившегося Сережку. А потом и каталку с Ольгой выкатили. Она была в сознании, успела сказать нам: все хорошо, не беспокойтесь. Счастливые, мы вернулись домой… Но пока Ольгина родня хлопотала, готовясь к прибытию ее и малыша из роддома, ситуация там стала принимать угрожающий оборот. - Мы же не медики, нам что ни говорят, тому мы и верим, - со слезами произносят Светлана и ее сестра Наталья, Олина тетя. – Но одно нам ясно: если бы в роддоме уже в понедельник забили тревогу из-за Олиного низкого гемоглобина и сразу бы позвонили в Ростов, в “санавиацию”… Так нет же! Обращение из Тацинской ЦРБ в Ростов за помощью поступило лишь во вторник вечером, первая бригада областных специалистов приехала только в среду утром, потом – все остальные… В справке по результатам служебной проверки сказано, что основным дефектом оказания помощи пациентке Ольге Таций стала “запоздалая диагностика гематомы акушерской хирургической раны и поздние мероприятия по ее ликвидации”. А в свидетельстве о смерти значатся геморрагический шок (кровил какой-то оставшийся незафиксированным сосуд), повреждение верхушки легкого (оно оказалось задето, когда ставился подключичный катетер)... Бригады врачей сменяли друг друга, Ольге делали операцию за операцией, но… словно бы срабатывал “принцип домино”, когда вслед за первым обвалом рушится все остальное. В ходе оказания помощи с Ольгой случились чуть ли не все осложнения, какие только могли произойти. Оказался задет мочевой пузырь, повреждена печень, пришлось ликвидировать последствия гемоторакса, были ампутированы детородные органы… - Мне разрешили зайти в палату, и я дочку не узнала, а она была без сознания, - плачет Светлана. – Сережку из больницы мы забрали через день после похорон. Опекунство над ним я сразу оформила. Будет звать меня “мамой”, а когда подрастет, расскажу все как есть… “Мода” такая? Ольгиным родственникам не дает покоя вопрос: зачем понадобилось делать кесарево сечение, если с состоянием ее здоровья была полная благодать? Неужели повышение давления – это веский аргумент в пользу хирургического вмешательства? - Лет двадцать назад мы рожали, как природа велела, и все было хорошо, а теперь только и слышишь про молодых девочек: одну прокесарили, вторую, третью, - недоумевает Наталья Михайловна, Олина тетя. Между прочим, старые доктора, заканчивавшие медвузы в сороковые-пятидесятые годы, тоже напоминают, что, по классической теории, для кесарева сечения есть от силы два-три показания, а без надобности лучше на него не идти: ведь операция и наркоз – это всегда риск. - Но ведь с тех пор, когда эти доктора практиковали, многое изменилось, расширился круг показаний для кесарева сечения, - говорит заведующая кафедрой акушерства и гинекологии медуниверситета профессор И.Буштырева. – Состояние здоровья самих женщин отнюдь не улучшилось: если десять лет назад отмечалось, что физиологически здоровых родов у нас 50%, то сейчас их всего 30%… Но все же кое-кто из специалистов, скрепя сердце, соглашается, что “перебор” с кесаревыми сечениями все-таки есть, некое подобие “моды” на них появилось… - Естественные роды – это тоже не такой уж простой процесс, они тоже порой бывают сопряжены с риском для матери и ребенка, - высказался один известный медик. – К тому же роды могут длиться долго, их надо вести, мониторировать. Тогда как для опытного, имеющего хирургические навыки акушера-гинеколога провести операцию кесарева сечения – это дело тридцати-сорока минут… Как сказал корреспонденту “НВ” прокурор Тацинского района Д.Аристархов, все материалы по случаю смерти в больнице Ольги Таций переданы сейчас в облбюро судмедэкспертизы. - Нужно буквально по минутам восстановить все действия специалистов, участвовавших в оказании медицинской помощи, - говорит Дмитрий Владимирович. – А в зависимости от полученных выводов будет решаться, есть основания для возбуждения уголовного дела или нет. Людмила КРАВЧЕНКО
Комментарии читателей Оставить комментарий