События в армии – следствие того, что происходит в стране

По мнению эксперта, за взрывы на воинских арсеналах будут наказаны лишь «стрелочники»

Взрывная волна от сдетонировавших в Удмуртии и Башкирии арсеналов все-таки снесет погоны с мундиров ряда ответственных военачальников. Президенту Медведеву стоило лишь озвучить угрозу «снять погоны», как в военном ведомстве взяли под козырек и не промедлили с решением.

Итак, взрывная волна от арсеналов якобы «накрыла» начальника Главного ракетно-артиллерийского управления Минобороны РФ, заместителя командующего войсками Центрального военного округа и по совместительству начальника службы ракетного и артиллерийского вооружения, а также все руководство 99-го и 102-го военных арсеналов, где и произошли инциденты. Данное решение было принято на основании итогов работы специальной комиссии Минобороны, которую возглавил лично замминистра, генерал армии Дмитрий Булгаков.

Впрочем, пока это все – лишь предположения прессы: официально из-за «светопреставления», как охарактеризовал масштабное бедствие Верховный главнокомандующий, пока ни один офицер не пострадал. «Министерство обороны опровергает сообщения некоторых СМИ о представлении к увольнению ряда должностных лиц Минобороны и Центрального военного округа в связи с чрезвычайными происшествиями на 99-м арсенале в Башкирии и 102-м арсенале в Удмуртии», – заявил Интерфаксу официальный представитель российского военного ведомства.

Комиссия военного ведомства также пришла к выводу, что сгоревшие военные арсеналы не подлежат восстановлению и будут полностью ликвидированы. Окончательно потери еще не подсчитаны, но уже точно известно о почти 3500 взорванных вагонов с артиллерийскими снарядами в ходе пожара на удмуртском арсенале. Окончательный ущерб пока и не подсчитать: взрывы продолжаются, пусть и с уже куда меньшей периодичностью (в среднем 1-2 в час). Делать какие-либо прогнозы в этих условиях – дело неблагодарное.

Между тем значительный ущерб взрывы принесли населенным пунктам, находящимся в районе их расположения. Так, в той же Удмуртии, по предварительным оценкам, сумма компенсаций местным жителям и администрации составит навскидку 1 млрд руб.: почти половина домов в более чем 30 населенных пунктах региона получили значительные повреждения, и тут не спишешь все на пресловутый форс-мажор (во всяком случае, хочется верить, что не спишут). Некоторым домам «повезло»: им требуется лишь замена стекол да разве что косметический ремонт. Однако есть и строения, которые стали просто непригодны для жизни.

Резонный вопрос: как допустили, кто допустил? Отвечаем: вчерашние школьники, прошедшие некоторую общевойсковую подготовку и, как можно заподозрить, не в достаточной мере знакомые с техникой безопасности на арсенале и методике ликвидации ЧП. Это, увы, не глупая шутка, а, похоже, самая реальная из реальностей современной оборонки. Срочники (хорошо, хоть не одни, а все же под присмотром старших по званию) «обеспечивали безопасность и сохранность» гигантской пороховой почки с бикфордовым шнуром – только подожги.

Срочники же в основной массе и ликвидировали последствия. Конечно, армейский быт характерен практикой «самообслуживания», но представляется, что здесь более пришлась бы кстати спецтехника – ее-то и не хватает катастрофически. Взрывы гремят, солдаты пропадают, погоны слетают. На войне как на войне...

P.S. По последним (на момент публикации материала) сведениям, по «бумаге» из Минобороны на арсеналах РВСН начались мероприятия по профилактике взрывов на ракетных арсеналах. Причина – грядущая жара. Она в этом году, впрочем, обещает быть не такой, как прошлогодняя...

Своим мнением относительно перспектив «публичной порки» генералов президентом с KM.RU поделился главный редактор журнала «Национальная оборона», член президиума Общественного совета при Минобороны РФ Игорь Коротченко.

– Игорь Юрьевич, на Ваш взгляд, та публичная выволочка высоким армейским чинам из уст главы государства действительно решит проблему безопасности арсеналов?

– Я думаю, что не решит, потому что проблема носит комплексный характер. Дело не только в вооруженных силах, но и в том состоянии, в котором находится государство. Понятно, что когда полностью дезорганизована система власти и управления в ряде субъектов Федерации (в частности, это проявляется в пожарах, которые периодически у нас бушуют в лесных массивах), в целом вертикаль власти работает не совсем удовлетворительно. Поэтому то, что у нас происходит в вооруженных силах, – прямое следствие того, что у нас происходит в стране.

Я думаю, что наказания, конечно, последуют, и все это покажут по телевидению. Все это будет обсуждаться, но в целом ситуацию это вряд ли изменит. Это, в общем-то, ритуальное действие, учитывая громадный общественно-политический резонанс, миллиардный ущерб пострадавших от взрывов граждан. Конечно, все ждут, что будут приняты достаточно жесткие меры, в т. ч. и в отношении высокопоставленных должностных лиц.

– Но, может быть, другие их коллеги устрашатся увольнений и станут работать эффективнее как минимум ради сохранения кресла?

– Дело ведь не в устрашении. В любом случае будут наказаны «стрелочники». Если нет исполнительской дисциплины непосредственно среди персонала, который занимается утилизацией боеприпасов, то можно, конечно, наказать любых военачальников. Но вопрос-то заключается в том, что нужно изжить халатность на уровне конкретных исполнителей, т. е. на уровне конкретного солдата, офицера, служащего, которые должны выполнять свои обязанности качественно и компетентно. Если мы на этом уровне не наведем порядок, то наказание руководителей ни к чему не приведет. С таким же успехом можно наказать директора ликеро-водочного завода за то, что в стране – повальное пьянство. Тот же эффект.

– И как можно решить вопрос с исполнителями?

– Учитывая, что в стране накоплено громадное количество боеприпасов, которые нуждаются в утилизации (включая еще и советское наследство), очевидно, что, конечно, вся эта задача должна решаться в рамках федеральной целевой программы по утилизации боеприпасов. Курировать эту программу должен вице-премьер правительства России. Ну и, разумеется, возможно, есть смысл рассмотреть вопрос, чтобы утилизацией боеприпасов занималось специальное гражданское ведомство, где работали бы квалифицированные специалисты – и, разумеется, не солдаты, а подготовленный технический персонал.