Путин воссоздал в России систему власти средневековой Грузии

Неправду говорят, что Путин не любит Грузию: судя по всему, он хорошо знает и ценит ее опыт

В средневековой Грузии ниже вполне единовластного царя стояли несколько эристави – главы ряда эриставств, т. е. частей страны, образованных для организации военного отпора внешним врагам. Причем они стояли над остальными князьями, по крови и наследству осуществлявшими княжение в своих владениях. Эристави назначались царем, могли быть смещены им же, но считались своего рода полуцарями.

В современной России организация власти в этом отношении не территориальная, а функциональная, но тут тоже огромные части «управленческой территории» вверены в правление нескольким частью независимым друг от друга, а частью контролирующим друг друга «эристави» (своего рода вице-президентам).

Несколько лет назад в конкуренции на роль преемника 2008 года негласно соревновались два человека – Медведев и Иванов. Причем каждый из них на этом этапе политически представлял больше, чем их непосредственный руководитель – премьер того времени. Пост достался Медведеву, а Иванов, не протестуя, тихо отошел в сторону и нешумно занялся работой на меньшей должности, чем та, которую он занимал в период конкуренции. И через четыре года оказался вознагражден, заняв пост реально больший, чем тот, что достался Медведеву.

Медведев отказался от конкуренции с Путиным к концу сентября 2011 года – и тоже был вознагражден (хотя спорно, насколько хорош приз, доставшийся ему). Медведев возглавляет правительство, которое в полной мере не контролирует, и не будет контролировать, потому что наиболее близкие и приведенные им люди – это не его преданные сторонники, а те, кто играет на тех или иных его увлечениях, либо те, кто поставил на него и рассматривает его как свой инструмент: Дворкович, Абызов и ставшая заместителем Суркова Наталья Тимакова.

Остальные – это люди бюрократических и финансовых кланов, каждый из которых имеет своего реального патрона. Во многих случаях одни люди на постах вице-премьеров уравновешивают других людей на постах министров. Даже социальную сферу отдали под контроль олигархическому клану в лице Голодец – чтобы тот мог контролировать, как расходуются деньги, не слишком ли много достанется людям труда средств и нельзя ли часть все-таки отнять и отдать крупному капиталу.

Есть в правительстве и прямые представители «Болотной площади». Если прежний кабинет министров был в первую очередь бюрократическим правительством, то нынешний – это коалиция бюрократических и финансовых кланов, а если рассматривать в политическом смысле – то коалиция «Единой России» и «Болота». Потому что истинными организаторами «Болота» были не Удальцов, не Немцов и не Навальный (хотя Навальный – вполне по своей функции понятная и оплачиваемая фигура), а те люди, ряд которых как раз и попали в новое правительство.

При этом политическая ориентация правительства уже находится почти в абсолютном противоречии с теми заданиями, которые дал сам Путин в указах от 7 мая. Систему планирования будут создавать рыночники, обеспечивать национальный суверенитет – коллаборационисты, строить самоуправление трудящихся – олигархи, осуществлять социальную политику – социал-дарвинисты.

Т. е. в правительство, утвержденное Путиным, вошли все открытые координаторы организации мятежа против Путина. Правда, смотрящим за ними органом будет Администрация Президента, усиленная теми, кого Медведев не захотел видеть в своем правительстве.

В целом создана довольно сложная конструкция, частично напоминающая феодальную организацию предабсолютистского правления, когда король был уже не «первым среди равных», но еще и не «живым богом». Мы имеем правителя, короля, явно возвышающегося над всеми остальными носителями власти, – но сами они не составляют относительно однородной бюрократии абсолютизма, а включают в себя несколько то ли «принцев», то ли «герцогов». Возможно, «эрцгерцогов».

Неправду говорят, когда утверждают, что Путин не любит Грузию: судя по всему, он как минимум хорошо знает и ценит ее опыт. И использует его. В средневековой Грузии вышеупомянутых эристави было четверо, а иногда и больше. Так что для России двух было бы мало.

И здесь к двум упомянутым «эристави-вице-президентам» добавляется третий, кому поручено проведение экономической политики президента, – Шувалов. Шувалов, конечно, рыночник, хотя относительно умеренный. Он был в хороших отношениях с Медведевым, но сторона Медведева хотела заменить его на Дворковича, почему и всплыл вопрос о его коррупционности. Путин Шувалова не отдал. Шувалов в интервью «Ведомостям», по сути, принес оммаж Путину и, в известной степени, государственному регулированию и социальным приоритетам. Он теперь – своего рода второй премьер. Второй – но премьер.

Но есть и четвертый «эристави-вице-президент», который на сегодня никакой государственно-политической должности не получил, но и никуда не делся. Он, вопреки ожиданиям, не вошел в состав руководителей Администрации Президента, но в этом можно видеть как раз свидетельство того, что он получил и еще более значимый пост. А как именно называется тот или иной пост, в России, в общем-то, никогда не было важно.

Причем все трое вышеназванных «эристави» на каком-то этапе обозначали свои амбиции и более или менее мимолетно создавали намек на конкуренцию с Путиным. Иванов – когда мыслился полноправным преемником Путина (поэтому, похоже, он таковым и не стал), Медведев – когда его пытались сделать (или он пытался стать) кандидатом партии власти для выборов 2012 года, Шувалов – когда он в какой-то момент стал играть слишком большую роль как первый вице-премьер (примерно на втором году премьерства Путина).

С четвертым же этого никогда не было. Он просто был с Путиным всегда, начиная с определенного момента. Так что он есть и, скорее всего, никуда не денется, как бы он ни был назван. Ему без должности в правительстве отдали ТЭК, т. е. дали роль «смотрящего» за «олигархами» на их собственном поле.

Итак, у нас есть правительство, которое в итоге сложилось как коалиция ненавидящих друг друга политических сил и кланов, полностью не принимающих друг друга и представляющих на самом деле от силы порядка четверти избирателей. Есть четыре «вице-короля», друг друга недолюбливающих и друг с другом так или иначе конкурирующих. Есть три политические силы, не представленные в правительстве, – «Народный фронт», «Справедливая Россия» и КПРФ, – которые представляют до двух третей избирателей.

И еще есть народ, ждущий от Путина исполнения предвыборных обещаний и подписанных им 7 мая указов. Указов, которые нынешнее олигархически-бюрократическое правительство в принципе неспособно выполнить.