Исламизация России грозит поставить новогодний праздник вне закона

Автономии, имеющие привилегированное положение, могут добиться этого

Россия – настоящая страна контрастов, причем таких, какие не снились никаким США вместе со всем исправно загнивающим Западом. У нас, как оказалось, нет даже общего мнения среди граждан о том, надо ли праздновать Новый год. Это не шутки и не преувеличение: противники данного праздника известны – исламские радикалы, признающие Новый год греховным праздником.

Греховный – так греховный. В исламе не забалуешь: более чем в тысяче дагестанских школ детвора не встретит ни Деда Мороза, ни Снегурочку. Не будет ярких елок, хлопушек, серпантина и прочих атрибутов детского новогоднего праздника. Это не просто греховно для душ маленьких мусульман, но и может быть небезопасно для их педагогов: здешняя религиозная «полиция нравов» все чаще выносит смертные приговоры. Так, в прошлом году в своем доме была убита директор одной из махачкалинских школ Патимат Магомедова, которая критиковала ношение хиджабов. Мотив убийства вскрылся быстро: радикалы не раз угрожали ей за занятую принципиальную позицию. «Многие в поселке говорили, что Патимат Магомедова идет против ислама, что Аллах накажет ее. Она сама была верующей мусульманкой, ходила в платке. Просто ее возмущало, что даже первоклассницы приходят на уроки в хиджабе, отказываются рисовать людей и животных, якобы это грех в исламе. После того как Патимат Магомедовну расстреляли у нее же дома, несколько сотрудников школы, которые ее поддерживали, уволились», – приводит издание PublicPost слова бывшей коллеги убитой.

Сами дети в этой северокавказской республике верят в чудеса вопреки любой догматике. Издание приводит диалог своего корреспондента с младшеклассником Ахмедом, который, как и его сверстники в соседнем Ставрополе, любит кидаться снежками и лепить снеговиков. Еще он, конечно же, любит подарки, но... Нового года не ждет: «Новый год – не наш праздник». Впрочем, некоторые дагестанские школы, и не так мало, все же готовятся к новогодним мероприятиям: обещают все устроить пусть и скромно, зато весело. Есть религиозная традиция, но вот ведь в чем штука: у большинства нынешних педагогов и даже самых радикальных из мусульман все же было советское детство с полагающимися елками, снежками, снеговиками, Дедом Морозом и подарками. Воспоминания детства – сильная штука, побороть ее не так просто, даже под угрозой расстрела в собственном доме.

Что вспомнят через -дцать лет сегодняшние дагестанские первоклашки? Наверное, их память возьмет из детства самое яркое и сказочное, хочется в это верить. Как хочется верить и в то, что наметившаяся исламизация Европы и России не лишит сказки уже наших детей и внуков.

Скандальное намерение дагестанских радикальных исламистов отвадить население субъекта Федерации от празднования Нового года в беседе с обозревателем KM.RU прокомментировал известный православный публицист, главный редактор интернет-изданий «Русский обозреватель» и «Новые хроники» Егор Холмогоров:

– Наступление исламистов на Новый год в Европе уже началось и продолжается у нас, приобретая дикие формы. Подобного рода поползновения (правда, больше в порядке личных инициатив) уже наблюдаются в Татарстане. Более же системный характер эта кампания приобрела в Дагестане, где достаточно сильны позиции ваххабизма, вообще радикального ислама.

Меня беспокоит не столько желание или нежелание мусульман праздновать Новый год, сколько существующие сегодня в России механизмы неоправданного уравнивания социальных статусов, без толкового анализа на предмет, для какой части наших граждан близки те или иные воззрения. Не секрет, что автономные республики в России, в частности, на Северном Кавказе, имеют сегодня во многом явно привилегированное положение. То есть, с одной стороны, они получают возможность не подчиняться общим законам России, а с другой, имеют достаточно эффективные рычаги навязывания своей воли другим членам Федерации.

Мы постоянно слышим требования от представителей Кавказа то снисходительнее относиться к преступникам, приезжающим из этого региона, то запретить СМИ упоминать их национальности, потому что это якобы ведет к усилению кавказофобии. Вполне возможно, что после уступок исламистам в своих собственных республиках уже федеральные власти начнут продавливать в общественное сознание мысль об ограничении празднования Нового года, объясняя, что это, дескать, «не модно», что это оскорбляет чувства мусульман. И найдутся активисты, найдутся те или иные хорошо проплаченные организации, причем состоящие не только из мусульман, но и из русских, которые будут утверждать, что это справедливо.

В этом смысле меня беспокоит угроза экспансии со стороны тех анклавов, которые в плане присутствия в них русского населения уже практически потеряны для России. На Северном Кавказе русских почти уже не осталось... Экспансия распространится на всю Россию, включая Москву и Санкт-Петербург. Всегда у нас найдутся излишне ревностные и толерантные чиновники, тем более не секрет, что очень часто столичные чиновники также в значительной степени комплектуются у нас из представителей диаспор. Количество представителей этнических меньшинств в составе нашего чиновничества значительно выше, чем их доля в общем составе населения. Это – давно уже выявленный факт. И я всерьез опасаюсь, что это может пойти достаточно далеко, и мы в самом деле можем элементарно столкнуться с проблемой острого дефицита новогодних елок.

– Закон о защите религиозных чувств граждан, чувствуется, серьезно бы помог тут представителям радикального ислама...

– Так это, собственно, то, о чем я с самого начала и предупреждал! Все эти игры вокруг закона об оскорблении чувств верующих весьма и весьма неоднозначны. Ведь все в итоге не ограничилось бы тем, что мы смогли бы примерно карать тех, кто врывается в православный храм и хулиганит в нем. Основной и наиболее агрессивной группой лиц, которые будут требовать не оскорблять их чувства, будут именно исламские экстремисты, у которых уже наработана соответствующая технология отстаивания своих прав, и в этом смысле закон о защите религиозных чувств в нынешнем виде очень опасен. Я рад, что его рассмотрение пока как-то затормозилось. Нам нужен конкретный закон о защите граждан от кощунственных действий против святынь тех или иных религий, но совершенно не о каком-либо абстрактном оскорблении чувств верующих – в виде, например, тех или иных нетолерантных высказываний.