Есть такая профессия – Родину расхищать

Масштаб хищений и махинаций в военном ведомстве еще только предстоит оценить

То, что «амазонский эскадрон» в Минобороны – лишь верхушка айсберга, было понятно с самого начала, но подтверждение получило только недавно. Махинации с имуществом военного ведомства на миллиардные суммы носили масштабный характер, а причастно к ним было почти все окружение Анатолия Сердюкова, следует из интервью, которое дал газете «Известия» беглый глава «Производственно-ремонтного предприятия Минобороны РФ» (ПРП) Сергей Галинич.

Сегодня он обвиняется в мошенничестве и завышении смет на строительство, а его заместитель Кирилл Коротков ожидает начала суда в СИЗО. Однако сам Галинич считает, что он пал жертвой интриг приближенных бывшего министра, из которых на нем особенно «потопталась» Евгения Васильева. Галинич уверяет, что располагает доказательствами своей невиновности и фактами неприкрытой коррупции в руководстве Минобороны, которые готов предоставить в распоряжение следствия.

Беды его подразделения начались сразу же после прихода на должность Анатолия Сердюкова в 2008 году. «Сразу же начались неплатежи по долгам, потому что прошла команда всем заказчикам – не платить. Начались изменение структуры предприятий и разрушение уже устоявшихся схем финансирования, – рассказывает он. – Были отделы капитального строительства, но их стали сокращать. Тогда же сократили финансистов и юристов. Началось свертывание объемов строительства». А уже в 2009 году принялись акционировать предприятия.

Галинич сравнивает двух министров – Сердюкова и его предшественника Иванова, и сравнение получается не в пользу первого, по крайней мере в том, что касается военного строительства: «Он (Сердюков. – Прим. КМ.RU) не интересовался строительством. Если Иванов постоянно посещал объекты, смотрел за качеством и вникал в каждую мелочь (мне не раз лично приходилось докладывать ему о ходе работ), то Сердюков на объекты даже не заходил. Помню, у нас шли работы в общевойсковом училище и мы несколько суток не спали – готовились к его приезду... а он даже не заглянул: пошел смотреть, что можно выставить на реализацию. И таких примеров много. Обустройство войск его не интересовало. Он считал, что он – слишком современный руководитель для этого».

Строительные работы тогда контролировал заместитель министра Григорий Нагинский, которого Галинич называет «серым кардиналом» сердюковских реформ: «Развал и банкротство нашего предприятия происходили при его непосредственном участии – как, впрочем, и другие невеселые вещи, о которых сейчас пишут в СМИ».

Галинич рассказывает, каким образом проходил переход армейского жизнеобеспечения на аутсорсинг: «На важнейшее направление был назначен Нагинский – профессиональный строитель, опытный лоббист, сенатор. Посмотрим на результаты его деятельности. В 2010 году ни копейки денег не выделяется военным строительным предприятиям. И вот первая ситуация – ОАО «РЭУ». Это была простая строительная организация, не имевшая никакого отношения к энергетике. Но в 2010 году ее руководитель, генерал Александр Остремский, был неожиданно снят с должности, а на его место был назначен новый человек, после чего этой организации в июле вдруг передают эксплуатацию всех котельных, и она получает право закупать для них топливо. Так РЭУ, у которого нет никакого опыта, становится монополистом по поставкам угля, мазута и дров для армии. А основным поставщиком топлива становится инвесткомпания «Таврический».

«Та же история со «Славянкой», которая занималась эксплуатацией гостиничного комплекса, – продолжает он. – Там одни бабушки работали. И вдруг в «Славянке» тоже неожиданно меняется руководство, появляется амбициозный строитель Елькин и получает в обслуживание весь жилищный комплекс. При этом нужных мощностей у организации нет».

Злоключения собственной организации, ныне обанкроченной, Галинич описывает так: «После акционирования ПРП обязали подчиняться ОАО «Оборонстрой» – «дочке» «Оборонсервиса», и мне было предложено готовиться к распродаже активов. Я отказался это делать, и меня отстранили от руководства. А на мое место был назначен Сергей Макаров – экс-сослуживец арестованной Евгении Васильевой. Он, кстати, был назначен директором сразу на три ОАО: «Оборонстрой», ГУОВ (Главное управление по обустройству войск Минобороны. – Прим. КМ.RU) и ПРП. Приказ о его назначении подписывал лично министр обороны, но продвигал кандидатуру Макарова именно Нагинский. Сразу после своего назначения Макаров уволил фактически всех работников (работали порядка 1000 человек, а осталось 7) и подготовил ПРП к банкротству. Он же выставил на продажу все объекты ПРП. Объявления об этом были выставлены на сайте у Сметановой. Когда мы написали заявления в прокуратуру и в Следственный комитет, объекты с торгов сняли, и тогда ПРП было развалено через банкротство. Делал это уже другой человек – Лариса Егорина, советник Сердюкова. Макаров же сейчас возглавляет один из филиалов «Спецстроя».

Но дело могло кончиться бескровно, рассказывает Галинич и раскрывает предложенную ему схему «распила»: «Ко мне приходили «гонцы» от Васильевой с предложением по-мирному «распилить» ПРП. То есть я должен был «кинуть» своих подрядчиков, сказать, что власть поменялась и денег не будет. Затем долги министерства надо было уступить определенным структурам, имущество предприятия заложить под кредит, кредит вложить в пользу генподрядчиков (ряд питерских фирм), а себя объявить банкротом».

После отказа, по словам Галинича, к нему пришли прокурорские работники и сотрудники военной контрразведки: «Но мое преследование носило и другую цель – запугать всех несогласных с подобной «реформой». Причем мне было сделано еще одно предложение – дать показания на ряд генералов. Такое же предложение, оболгать генералов, было сделано моему финансисту Кириллу Короткову».

Галинич отказался и успел сбежать, а Коротков отказался – и угодил в СИЗО. «Если бы он дал лживые показания, то я уверен, что находился бы сейчас на свободе. Причем сейчас в деле остался только один эпизод, который скорее является спором хозяйствующих субъектов. Никакого отношения к уголовщине он не имеет. В деле полно сфальсифицированных документов, на которых стоят поддельные подписи Кирилла», – говорит Галинич.

Он надеется на объективное расследование и на то, что Короткова выпустят, а с него снимут обвинения. Он готов сотрудничать со следствием, но только не с нынешним, а с новой следственной группой, если она будет создана. В отношении нынешнего следствия он испытывает глубокую предубежденность и полагает, что перед ним поставлена задача только запутать дело.

Тем временем в поле зрения следствия появился еще один высокопоставленный фигурант – глава «Спецстроя России» Григорий Нагинский. Следователи проверяют соратника экс-министра обороны Анатолия Сердюкова на причастность к аферам в «Оборонсервисе». Они хотят выяснить, каким образом фирмы, близкие к Нагинскому, стали крупнейшими поставщиками угля для армейских котельных, а его жена и дочь – владельцами пакета акций ОАО «31 Государственный проектный институт специального строительства» («31 ГПИСС»), проданного по заниженной цене. Пока Нагинский не является обвиняемым по делу «Оборонсервиса», хотя и попал под проверку в ходе расследования махинаций при продаже комплекса зданий «31 ГПИСС» в центре Москвы.

Следователям поступило обращение с просьбой «изучить информацию об имевших место действиях Нагинского в сфере реализации военного имущества и договорной деятельности министерства обороны с «Титан-2» (структура Нагинского) и поставок твердого топлива в 2010-2013 годах в ИК «Таврический», пишет газета. Их также попросили выяснить, не было ли коррупционной составляющей при строительстве Ленинградской АЭС, которую возглавляемый Нагинским «Спецстрой» возводит по заказу госкорпорации «Росатом».