Ю.Крупнов: «Нам нужно научиться управлять природой»

Последствия паводка на Дальнем Востоке могли быть меньше, будь мы к нему готовы во всеоружии

Помидоры и редис вперемешку с обломками мебели, кухонной утварью, содержимым выгребных ям и мелкой дохлой живностью — этот адский коктейль называется в СМИ пока что скромно и строго по науке «паводком», который как-то нежданно пришел на Дальний Восток. Называть вещи своими именами в лицемерный информационный век считается моветоном, вот и ищут наперегонки местные чиновники с не только местными журналистами определения помягче, от греха подальше, дабы нечаянно не разозлить высшее начальство. Ведь по всему выходит, что готовиться-то к паводку если и готовились, то плохо.

В правительстве пришлось отменить традиционное четверговое заседание — большая часть «портфелей» либо в командировке в зоне бедствия, либо на оперативной связи с ней же. Помимо МЧС задействованы силы внутренних войск, почти сразу же принято решение увеличить контингент — слишком большой объем работы. Вода не просто затопляет домовладения, но и серьезно грозит инфраструктуре.

На этом фоне гидрологи готовятся к очень непростой и чрезвычайно рискованной операции — сбросу воды из Зейского водохранилища. Пока планируется сбросить в сумме не более 4000 кубометров воды, но если ситуация с подъемом уровня воды в реках не стабилизируется, возможно, придется увеличить сброс и до 7000 кубов. Между тем, пик прихода воды еще даже не миновал — он ожидается лишь к концу недели.

Такой вот «фильм-катастрофа», документальнее не придумаешь, почище американских павильонных блокбастеров, напичканных компьютерной графикой. Нет, у нас на Дальнем Востоке все натурально, и волны огроменные без всяких визуальных фокусов, и апокалиптические трещины на набережных, и спасатели, которые действительно самоотверженно и рискуя жизнью делают свою работу — как ни одному киношному каскадеру не снилось. Увлекательный фильм — жаль, автора пока сложно выявить. Вернее сказать, авторов, поскольку «труд» этот явно коллективный и готовился тщательно и скурпулезно долгое время. Они просто не могли допустить грамотного перераспределения и эвакуации пришедшей воды, тогда картинка была бы заметно более блеклой, невыразительной.

Нужно было постараться изобразить «эффект неожиданности» - и получилось вполне убедительно. Плевать, что старожилы сетуют, мол, с точки зрения паводков места эти издревле неспокойные и в общем-то местные обитатели привыкли. А привыкли — значит оно так и надо. Люди не жалуются, терпят капризы природы, так зачем выдумывать еще какую-то непонятную инфраструктуру, сооружать нечто такое, что явно в ближайшей (и даже средней) перспективе просто не окупится?... Да и как тогда лишний раз показать озабоченность простых и не очень простых чиновников, да что там — первых лиц страны? Не бывает у нас таких ураганов, которые терроризируют время от времени побережья США, затапливая какой-нибудь очередной Новый Орлеан.

Но у нас же есть зато типа «программа развития Дальнего Востока», ознакомившись с которой понимаешь, «кина» такого нам еще смотреть не пересмотреть.

Но может все-таки не надо? Обойдемся без спецэффектов как-нибудь.

В беседе с обозревателем KM.RU политолог, председатель наблюдательного совета Института демографии, миграции и регионального развития Юрий Крупнов отметил, что таких масштабов бедствия вполне можно было избежать:

- Дальний Восток — это все же особые климат и природа, не надо никогда преувеличивать значение человеческого фактора. Периодически, раз в 4-6 лет, такого рода явления там повторяются. Но проблема заключается в том, что у власти сегодня нет никакого стратегического плана по подготовке к ним. Если вы помните, после войны появился знаменитый сталинский план преобразования природы. Великому ученому Ивану Владимировичу Мичурину принадлежат слова «Мы не можем ждать милостей от природы, взять их — наша задача». Но это вовсе не выпад против природы и против экологии.

Такой климат, который есть на Дальнем Востоке и в Сибири, особенно если мы говорим о Восточной Сибири, требует просто грандиозных планов по его преобразованию, по преобразованию природы и управлению ею в интересах человека без нарушения экологии. Но о таких планах сегодня никто даже речи не ведет. А если исходить из того, что Дальний Восток — это наш геополитический и стратегический регион (рано или поздно наши правители наконец придут к этому пониманию), то сейчас мы по сути просто бездарно упускаем время.

- Наоборот сейчас нередко можно услышать сетования на то, что как раз чрезмерное внедрение технологий и приводит в конечном счете к таким печальным последствиям...

- Это мнение людей неграмотных. Сегодня на Земле даже в самых казалось бы диких уголках природы осталось мало чего собственно дикого, не тронутого цивилизацией, поскольку человеческая деятельность давно уже носит планетарный характер и присутствует в каждом уголке Земли. На Западе уже давно философы обсуждают проблематику дикости, «изначальности» природы, сколько ее осталось. И они пришли к выводу, что во многом это лишь культивированный миф, самые «нетронутые» уголки планеты все равно так или иначе испытывают на себе, пусть опосредовано, воздействие цивилизации.

И рассуждать о том, что в природу не надо вмешиваться, могут лишь люди, которые в принципе не понимают, что в мире происходит, это неграмотные люди, отставшие от реальных процессов на одно-два столетия. Поэтому надо обсуждать не невмешательство, а вмешательство в природу, но не варварское, а дружелюбное, не разрушающее ее, а гармонирующее с ней.

- А саму работу по борьбе с последствиями стихии как оцениваете?

- У нас всегда весьма неплохо ведется борьба с последствиями. Но вместе с тем надо понимать и то, что никакими дежурными мероприятиями, никакими людскими ресурсами данную ситуацию окончательно решить невозможно и беда будет повторяться, если не научиться встречать наводнения во всеоружии, обладая современной высокотехнологичной инфраструктурой. Нужно научиться планировать, изучать природу, внедрять специальные станции мониторинга и слежения. Все здесь упирается в фундаментальную науку, поскольку на сегодняшний день мы находимся вне проблематики управления как глобальным, так и региональным климатом. Разве что небольшая группа ученых работает над этим вопросом.