«Русских фашистов» не существует в природе, а закон против них теперь есть

Лучше бы Дума запретила оскорбление русского народа, сетует эксперт

Госдума запретила пропаганду нацизма. Полностью. Бесповоротно. И граждане у телевизора вздрогнули невольно: это ж вам уже не шутки – запрещать пропаганду нацизма. Кто посмел? Кто допустил? Нацисты среди нас?!

Если ознакомишься с некоторыми СМИ, то – таки да. Разве что по домам не ходят с ксерокопиями «Майн Кампф» и не агитируют, пополняя свои ряды неокрепшими, но горячими душами... Очевидно, именно такой образ коварных современных фашистов рисовала в своем богатом воображении г-жа Ирина Яровая, но вряд ли мы погрешим против истины, если скажем честно: ошиблась, обозналась. Все и проще, и сложнее одновременно.

Нацизм – это не просто малолетний оболтус, рисующий свастики в лифте, не юный провокатор из ближнего Подмосковья. Это прежде всего идеология, в том числе бытующая среди самих чиновников, которые уверенно себя чувствуют «особой расой». Со всем вытекающим набором. Разве что до газовых камер дело все же вряд ли дойдет.

А были бы наверняка только «за»...

В беседе с обозревателем KM.RU известный публицист и политический деятель, экс-депутат Госдумы Андрей Савельев отметил заведомую абсурдность столь общего подхода законодателей к столь принципиальному вопросу:

– Видимо, Госдума так хорошо информирована, что знает, где находятся нацисты, фашисты, бандеровцы... Сколько я занимаюсь политикой – ни разу не встречал ни одного нациста или бандеровца. Эти термины вообще используются в России, скорее, как ругательство. Очевидно, в Госдуме решили придать вульгарной уличной брани юридический статус, и можно сказать, что таким образом наносится оскорбление всей нашей стране.

Неужели в России действуют силы, полностью тождественные историческому фашистскому режиму Италии, или нацизму гитлеровской Германии, или бандеровским бандам, действовавшим на Западной Украине во время войны и отчасти после?

То, что этого и близко нет, известно всем, но Государственная Дума слишком часто подменяет правду жизни иллюзиями, которые нужны ей лишь для того, чтобы доказать всем нам лишний раз: мы все настолько тупые, что не можем понять, что по сути являемся фашистами и что нас нужно за это преследовать.

Вот какую статью точно давно уже пора ввести – так это за оскорбление русского народа. Причем она обязательно должна иметь обратную силу: по ней должны преследоваться и те, кто позволяет себе издеваться над государствообразующим народом, глумиться над тем, что для него свято. И я лишь могу пожелать депутатам долгого здравия, чтобы они дожили до суда и могли понести ответственность за те систематические унижения, которым они подвергают нынче русских.

Хотя я подозреваю, что вряд ли голосовавшие вообще знали, какие документы были приняты по итогам Нюрнбергского процесса, равно как вряд ли они знают и о том, что документальная база этого трибунала до сих пор еще не изучена историками до конца. Но читали ли депутаты известные документы, или им просто сказали проголосовать, потому что «так надо», и они проголосовали?..

В свою очередь историк и публицист Михаил Смолин обратил особое внимание на некоторые детали:

– Очевидно, что к столь стремительному принятию этого закона нашу власть подтолкнула нынешняя ситуация на Украине. Надо полагать, что, по задумке авторов законопроекта, его принятие даст нам возможность отсеивать в обществе некие определенно негативные тенденции в политической жизни, которые склонны либо напрямую следовать национал-социалистической доктрине, либо идеям, схожим с этой доктриной.

Мне хотелось бы в связи с этим заметить, что, вообще-то, национал-социализм является левой доктриной. Хотя в советские времена было принято относить это движение к крайне правым, что неправильно. И термин «фашизм» у нас как раз потому и прижился, поскольку в Советском Союзе неудобно было говорить о национал-социализме, так как социализм в советской стране воспринимался безусловно положительно.

И здесь, с учетом вышеуказанной путаницы, очень важно правильно применять этот закон именно в отношении радикально левых движений, связанных с нацизмом, определенным радикальным восприятием социализма.

Свое мнение относительно принятия такого закона выразил также вице-президент Академии геополитических проблем Константин Соколов:

– Во-первых, конечно же, очень важно внимательно прочитать сам принятый закон. Это принципиально важно по одной простой причине: важно понять, что именно будет преследоваться и по каким признакам будет, собственно, выделяться фашизм.

Во-вторых, здесь уже исходно заложена одна принципиальная вещь. Дело в том, что на самом деле на Нюрнбергском процессе был осужден именно нацизм, а не фашизм. Просто потому, что фашизм – это господство административно-номенклатурной системы.
То есть любая абсолютная монархия по сути являет собой тот же самый фашизм, но осужден-то был именно нацизм, выраженный в геноциде других народов в интересах своего. И хотелось бы, чтобы этот момент был четко определен.

Кроме того, в современных условиях будет крайне важна правоприменительная практика, то есть как именно будут толковаться следствием и судом указанные действия. В законе о противодействии экстремизму, в соответствующих статьях Уголовного кодекса базовые понятия оказались прописаны нечетко и, как следствие, сами статьи оказались превращены в инструмент практически произвольного преследования, когда, как оказалось, под данную статью можно подвести кого угодно.