Андрей Паршев: «Надо трезво оценивать соотношение сил»

Недавняя встреча президента с флотскими командирами прошла малозамеченной, а тематика ее, вопросы, на ней затронутые – важны и касаются не только флота

Результаты военных действий США и их союзников в Сирии наводят на серьёзные размышления. Мы можем оказаться в очень серьёзном положении в случае регионального или периферийного конфликта без применения ядерного оружия. А такой конфликт очень вероятен.

Изображение с сайта pixabay.com

Сейчас США и их союзники, в первую очередь Израиль, наносят удары по Сирии с моря и воздуха. Естественно, целью недавних нападений были не «иранские базы» или «химическое оружие», это понятно. США демонстрировали своё военно-техническое превосходство в первую очередь России, а также и всему миру.

Вторая цель – ослабление военных возможностей Сирии, в преддверии нового этапа ближневосточной истории, когда с проамериканскими и произраильскими террористами в Сирии будет покончено.

Действительно, так или иначе, но ПВО Сирии сейчас несколько ослаблено, потеряны склады 47-й бригады, ведшей наступление на Растанский котел – а, судя по масштабу пожаров, там погибло оружия на несколько «сирийских экспрессов».

Американцы скрупулезно старались не нападать на российские объекты и даже не угрожать им, чтобы не дать оснований для ответных действий нашей авиации и флота – но действовали «по-боевому», не входя в зону поражения средств обороны Тартуса и Хмейнима.

Американцы показали, что с помощью своей обычной тактики – воздушного нападения с помощью крылатых ракет (КР) и беспилотников (БПЛА) – они могут уничтожить практически любой объект, не неся при этом никаких потерь в носителях – кораблях и пилотируемой авиации.

Радиус действия американских КР существенно больше, чем досягаемость наших противокорабельных и зенитных ракет. Наши «Бастионы» и С-400 «достают» на несколько сотен километров (точные данные, естественно, засекречены), но «Томагавки» и более современные ракеты стартуют за полторы тысячи километров.

И даже в случае открытых военных действий мы не смогли бы поразить носители КР (подлодки) в Красном море и Персидском Заливе, откуда они стартовали для удара по Сирии. Неуязвимы для нас и американские самолеты над Иорданией, Ираком, ОАЕ – где они сейчас базируются.

Да, наши «Калибры» некоторых модификаций тоже имеют большую дальность, но это относится к ракетам, предназначенным для действия по неподвижным целям. Противокорабельные «Калибры» достают только на несколько сот километров.

То есть аэродромы, склады и порты мы можем повредить, но самолеты и корабли при действующей американской тактике – нет. А ведь эта тактика известна еще по Югославии – сначала крылатыми ракетами разрушается система ПВО и инфраструктура управления, потом авиация безнаказанно уничтожает всё остальное. Оказывается, это всё работает и сейчас.

Не надо думать, что проблема здесь в низких качествах российских средств ПВО. Наши ЗРК – отличные машины. Даже и устаревший комплекс С-200, не предназначенный для борьбы с крылатыми ракетами из-за их маловысотности – самим своим существованием удерживает вражескую авиацию на приличном расстоянии.

Более современные ЗРК способны бороться и со сверхзвуковыми летательными аппаратами на малых высотах, а уж дозвуковые КР для них стандартная цель. Но вот только радиус зоны поражения у таких комплексов – 20-30 км, это если цель идет прямо на комплекс, а по целям «с параметром», то есть проходящим стороной – и вообще работать трудно.

Покрыть всю Сирию «Панцирями» невозможно, да и «окольцевать» какой-то район – Дамаск, например, - затратно. Нужно значительное резервирование, зоны поражения разных ЗРК должны перекрываться с запасом.

Проблема-то в одном: средства ПВО в сравнении с авиацией малоподвижны. Как бы ни были совершенны российские Буки и Панцири, они прикрывают один какой-то объект или участок периметра обороны, и по исчерпании боевых возможностей – объект этот может быть уничтожен, а периметр - прорван. А во время налета новые установки не перебросишь.

Так, при атаке на аэродром Думейр наши отчитались о сбитии 12 ракет AGM-158 JASSM из 17-ти (похоже, отстрелялся один «Панцирь», у него как раз боезаряд - 12 ракет). Американцы заявили, что все 17 попали в цель, что, скорее всего, не так, но ведь и по нашим данным пять-то проскочили. А это означает вывод базы из строя.

Американцы имеют богатый опыт борьбы с ПВО, и выработали универсальный рецепт: любую ПВО можно «насытить» и тем самым вывести из строя. Именно так американцы проводили свои бомбардировочные рейды в Германии во время Второй Мировой – буквально «заваливая трупами» немецкую ПВО.

На это уходило несколько процентов самолетов, а остальной «поток» проходил к объектам. То, что американцы боятся потерь – не более чем миф, они идут на любые потери, если они оправдываются результатом – так, во Вьетнаме, атакуя мост Хамжонг, они положили 102 самолета – но мост в конце концов разрушили.

Тем более такая тактика успешна сейчас, когда средства нападения вообще беспилотны – это просто боеприпасы, любой процент потерь которых не имеет значения, если задача выполнена. Экономика США это пока позволяет.

Кроме того, похоже, на Западе научились применять и ложные цели на подлете к целям (раньше не умели) – во всяком случае, известный пораженный израильтянами «Панцирь» куда-то расстрелял весь свой боезапас, а о результатах его стрельбы что-то не очень известно.

«Убит» он был не снарядом «Спайк», как обычно сообщается (у того радиус действия всего около 20 км), а крылатой ракетой «Далила» или даже дроном «Хароп», которые – что очень важно – попадают не только в стационарные объекты, но и в движущиеся.

«Далила» может быть запущена с самолета за 250 км до цели, причем может барражировать в районе цели, «высматривая» ее, примерно то же умеет делать и «Хароп» (вообще, сейчас разница между крылатой ракетой и дроном практически стерлась). Сбить-то их можно, но это если ПВО не расстреляла еще все ракеты и снаряды.

В этой связи для нас опасен даже не подошедший к берегам Сирии «Гарри Труман», а сопровождающие его ракетные эсминцы – их шесть, и каждый из них может запустить почти сотню «Томагавков». Ну, с учетом того, что часть ракет там предназначена для самозащиты, скорее около 50.

Вот поэтому конфликт с американцами и даже израильтянами в Сирии для нас невыгоден, нашу ПВО там просто засыплют крылатыми ракетами, запас которых у США и союзников – достаточен.

Да, собственно, все наши силы в Сирии – это три-четыре десятка самолетов, все их можно пересчитать на спутниковых снимках Хмейнима. У одного Израиля – несколько сотен. Мы же не сможем достойно ответить – наши авиация и флот в регионе (да и не только там) в разы уступает возможностям США с союзниками.

И хотя наши официальные лица сделали серьезное предупреждение американцам об обязательном ответе в случае нападения – надо понимать реальную ситуацию. Чтобы выпустить имеющиеся у нас противокорабельные ракеты – нашим кораблям и самолетам придется подойти к целям на несколько сотен километров, что в условиях господства в воздухе западной авиации – задача трудная.

Это всё – не секрет. Вот поэтому-то и принято решение усилить группировку в Средиземноморье, в дополнение к действующим носителями противокорабельных «Калибров». Надо полагать, они будут контролировать наших вероятных партнеров на дистанциях, достаточных для применения соответствующих средств.

Но это всё-таки паллиатив. Поэтому президент и заявил о главной задаче – усилить ударные возможности флота. Нам позарез нужны противокорабельные средства с дальностью большей, чем американские «томагавки» и даже их перспективные КР.

Это вполне решаемая задача, даже путем модернизации систем наведения существующих дальнобойных «Калибров». Они должны самостоятельно корректировать свою траекторию с тем, чтобы атаковать подвижные цели, и уметь их выделять и ранжировать без участия оператора – в борьбе с высокотехнологичным противником любые каналы связи – ненадежны.

В некоторой перспективе можно пойти и по китайскому пути – китайцы единственные, кто сделал противокорабельную баллистическую ракету, тоже путем модификации системы управления на конечном участке траектории.

Конечно, даже имея такое оружие, нужно иметь также соответствующие системы разведки и целеуказания, чтобы определять местоположение носителей КР хотя бы приблизительно.

И самое главное – надо успеть. Даже небольшое, на год-два, отставание в военном деле приводит к непоправимым бедам, примеров этого – тьмы и тьмы.

Беспилотники ударные и разведывательные, системы управления ракет с элементами искусственного интеллекта, тепловизоры, особенно матрицы к ним, антиминометные радары, интегрированные в систему контрбатарейной борьбы – многое из чего рассчитывали покупать у Франции или Израиля – надо уметь делать самим или в кооперации с Китаем. Неядерная война с Западом вполне возможна, и ее тоже нельзя проиграть. Надо успеть.