Якутофобствующий чиновник для Якутии – дичайший нонсенс

Чувство отвращения к собственному народу, ненависть к нему, столь характерные для российского истеблишмента, представителям национальных элит неведомо

Недавние массовые волнения в Якутии, вновь обострившие ушедший было в тень национальный вопрос, и – что очень важно! – реакция на них местных властей даёт серьёзные основания для фиксации одной более чем очевидной тенденции. 

Волнения в Якутске. Фото с сайта etoonda.livejournal.com

В национальной республике при совершении мигрантами преступлений против титульного народа (а изнасилованию в Якутии подверглась якутская женщина, и мстить за поруганную честь вышли представители титульного народа саха) представители местной власти откровенно солидаризуются с соплеменниками.

Причём, на самом что ни на есть высоком уровне. Встречу с возмущённой общественностью (неслыханный для русской части России случай!) организовал не кто-нибудь, а аж сам глава республики Айсен Николаев. И на этой встрече выразил солидарность с возмущёнными гражданами, публично заявив, что никому из мигрантов не будет позволено безнаказанно глумиться над якутским народом.

И такая позиция – солидаристская с соплеменниками и бескомпромиссная в отношении совершивших преступление мигрантов - властями Якутии занимается уже не в первый раз. Так, в начале 2011 года, когда либеральная общественность столиц прямо-таки бесновалась по поводу выступлений на Манежной площади (спровоцированных, кстати говоря, ещё более тяжким преступлением - убийством), власти Якутии приняли суровые меры в отношении насильника-армянина, который не просто совершил надругался над якутской девушкой, но и вдобавок выбросил её из машины в разодранной одежде на лютый мороз, в результате чего та лишилась пальцев на обеих руках.

Дело под личный контроль взял тогдашний президент республики, насильника осудили сразу по трём статьям УК, и не кто-нибудь, а заместитель министра внутренних дел Якутии-Сахи принимал в своём кабинете народные депутации, отчитываясь перед ними о ходе процесса.

Схожим образом прореагировали и власти Калмыкии, когда три года назад, весной 2016 г., парень из Дагестана совершил оскорбительную выходку в отношении статуи Будды в Элисте. Замечу, он никого не насиловал и тем более не убивал – просто выложил в социальной сети “Перископ” хамоватые реплики, адресованные буддийскому божеству.

Но реакция калмыков – что общественности, что властей – оказалась сверхжёсткой. Парню вначале пришлось в коленопреклонённой позе приносить извинения перед толпой калмыков, а затем уже держать ответ в суде по уголовной статье.

Не потакают преступлениям на национальной почве и в Татарстане. Несколько лет назад и в этой республике вспыхнули волнения среди татар, и республиканские власти сразу чётко дали понять: разгуляться у этнокриминала не выйдет.

А теперь сравните эту линию властей национальных республик с той, которую вплоть до самого недавнего времени упрямо гнул федеральный центр вкупе с зависимыми от них региональными чиновниками русских областей и краёв. Разница прямо-таки режет глаз.

Я перечислил лишь несколько наиболее резонансных случаев, ставших достоянием широкой общественности. В действительности их наверняка больше. Потому вывод более чем очевиден. В национальных республиках ставят зарвавшихся отморозков на место. Причём, делают это общими усилиям: и власти, и энтузиасты-общественники. В отношении тех, кто каким-либо образом задевает честь коренных народов, действует режим “нулевой толерантности”.

И никто, заметьте, при этом не кликушествует о разгуле якутского, калмыцкого или татарского фашизма, не устраивает в Якутске или Элисте митингов под лозунгами “Я люблю шашлык!” и “Я люблю хачапури”, не требует посадок тех, кто посмел возроптать на оскорбителей. В национальных республиках при малейшем инциденте мигрантам чётко дают понять: никакого унижения ими местного люда здесь не потерпят.

И никакие предводители диаспор вкупе с либеральными правозащитниками в случае совершения мигрантами преступлений увести их от ответственности не смогут. В отношениях “местные - мигранты” на территориях национальных республик действует простой принцип: напакостил - получи. И это работает.

Отчего же реакции на подобные инциденты представителей властных органов национальных окраин столь диаметрально противоположны тем, что демонстрировали власть предержащие русских регионов? Только ли в присущем национальным меньшинствам сплочении дело?

Скорее всего, не только. Власть предержащие национальных республик не просто связаны со многими соплеменниками, разветвлёнными узами кровного родства. Они, помимо этого, уважают и любят свои народы. Очевидный имущественный разрыв с подавляющей массой соплеменников тем не менее не препятствует ощущению общей с ними исторической судьбы. Оттого и реакции на наносимые чужаками обиды бывают столь острыми и резкими. Оголтелое, зачастую даже неприкрытое народофобство, свойственное элите РФ, напрочь отсутствует в элитах национальных республик.

Отпетый русофоб, занимающий высокий государственный пост, равно как и обласканный властью русофобствующий журналист или правозащитник – это для РФ до сих пор, увы, норма. Калмыкофобствующий или же якутофобствующий чиновник для Калмыкии и Якутии – дичайший нонсенс. Отсюда и проистекает столь разительное отличие в реакции на совершаемые против соплеменников бесчинства.

Это не означает, конечно, что среди чиновничества национальных республик нет карьеристов, коррупционеров и воров, но вот чувство отвращения к собственному народу, ненависть к нему, столь характерные для российского истеблишмента (и даже культивируемое им), представителям национальных элит, повторюсь, неведомо. Это российский чиновник и российский жандарм, следуя неизменной до недавнего времени установке Кремля, почти при любом межнациональном инциденте бросались, в первую очередь, подавлять возмущение русских сограждан.

Я не утверждаю, разумеется, что русская сторона в таких конфликтах всегда являлась исключительно стороной пострадавшей, но стремление властей подавлять соотечественников было выраженным и рьяным, а ситуация, при которой губернатор какой-нибудь области сам бы пригласил возмущённый народ на сход и просто бы там с ним по-человечески поговорил, представлялась и представляется немыслимой до сих пор.

Русофобство, ненависть к государствообразующему народу и одновременно затаённый страх перед ним – всё это на протяжении долгих лет заставляло запрограммированную ещё ельцинскими русофобами государственную машину РФ наотмашь бить по коренному населению России, де-факто потакая любому насилию в отношении него и, вместе с тем, внушая русскому народу чувство глубочайшего отчуждения к власти.

В последнее время возникает ощущение, что подобная разрушительная программа начинает блокироваться и подход к разрешению межнациональных конфликтов всё-таки меняется, однако до искоренения русофобства во властных элитах РФ ещё очень и очень далеко.