ПАМЯТИ ГЕРОЯ

Они уходят от нас. В бесконечность Истории, в Вечность Времен. Они остаются с нами навсегда памятью и горечью. Они уходят. И только тогда мы понимаем, как мало сделали для них, сотворивших

Они уходят от нас. В бесконечность Истории, в Вечность Времен. Они остаются с нами навсегда памятью и горечью. Они уходят. И только тогда мы понимаем, как мало сделали для них, сотворивших легенду нашего времени, отстоявших саму Жизнь. Мы почему-то ничего не успеваем сказать им, пока они рядом. О нашей любви. О нашей благодарности. Мы не успеваем спросить обо всем, что пережили они. Не успеваем узнать у них самое-самое главное. Не для них - для нас. Суетность повседневности не позволяет остановиться, оглянуться. А они, наши старики, наши, зачастую безымянные герои, тихо уходят в Вечность, не упрекая нас, ныне живущих. ВСЕГО несколько дней не дожил до святого праздника - Дня Победы Андрей Егорович Лесников. Тихий и незаметный, как почти все они - подлинные герои той страшной войны. Дважды рассказывал о нем своим читателям "Гудок". И с удивлением узнавали рядом живущие о том, что дедушка Андрей, оказывается, настоящий герой. Не зная его, именно о нем писал во фронтовой газете "За разгром врага" Илья Эренбург, почти на год предвосхитив события 1945-го: "…Немцы рвут пути, взрывают мосты и мостики, а неделю спустя мосты восстановлены, и колея перешита, и к переднему краю спешат составы. Историк скажет, что кровью скреплены рельсы, кровью отважных железнодорожников. От Сталинграда до прусской границы, от Ладоги до Румынии. Я хочу сказать мужественным железнодорожникам: вы везете победу. Я приветствую того машиниста, который первым приведет наш состав в Берлин. Там много вокзалов. Куда приведет состав первый машинист? В Берлин укрощенный". 25 апреля 1945 года машинист из Глубокой Андрей Егорович Лесников стал тем самым машинистом, который привел первый состав в "Берлин укрощенный", на вокзал Берлин-Лихтенберг. Немцы полностью разрушили 80-километровый участок на подступах к столице. Восстанавливали его, что называется, на ходу. Впереди для обкатки шли три четырехосные платформы, на первой стоял командир бригады, генерал-майор В.Рогатко, на остальных - солдаты. Бригада постаралась - локомотив просто сиял. Он был самым первым, он был вестником Победы, весомо и зримо подтверждающим этот факт. А по сторонам тянулись разбитые вагоны, паровозы, разрушенные пути и разбитые, обугленные остовы домов - смертоносный след войны, загнанной в свое логово… В этот же день в военный совет Первого Белорусского фронта пришла телеграмма: "Сегодня, 25 апреля, в 18.00, по участку Кюстрин-Берлин открыто движение поездов". Георгий Константинович Жуков, прочитав это сообщение, размашисто вывел в уголке: "Молодцы!". В августе 1941 года началась боевая биография Андрея Егоровича. 14-я эксплуатационная рота 29-й железнодорожной бригады. Вроде бы все просто: убирали со станций поврежденные вагоны, освобождали магистральные ходы, вывозили составы с боеприпасами, техникой, солдатами... Но делалось все это под непрекращающимися бомбежками, обстрелами. Только на станцию Лихая сбрасывалось до тысячи бомб в сутки. Земля вся была покрыта осколками. А люди работали. Под Новочеркасском бомба попала прямо в тендер его паровоза, машина была насквозь прошита пулеметными очередями. Только чудо спасло бригаду. Но люди работали! На станции Новочеркасск, куда Лесников с помощником добрались пешком после того, как их локомотив разбомбили, военный комендант за рукав его схватил и потребовал освободить главный путь для бронепоезда. А станция уже горела, обстрел не прекращался ни на минуту. Все пути забиты составами, и бригад нет. Справился Лесников, и бронепоезд, вырвавшись на боевую позицию, спас город, уничтожив фашистское подразделение. Об Андрее Егоровиче можно рассказывать бесконечно долго. Он был, как и все настоящие фронтовики, прошедшие ад войны, человеком истинно скромным. И не очень-то любил вспоминать. Об эпизоде со спасением двух эшелонов с ранеными мы узнали случайно, не от него. И все это летопись войны, которую писали люди, ни одной минуты не считавшие тогда, что совершают подвиг. Представьте только на одно мгновение то время. Идет битва за Кавказ, за грозненскую и азербайджанскую нефть. Налеты фашистской авиации не прекращаются практически ни на минуту. "Ковровые" бомбардировки - это ведь не американское изобретение наших дней… У Лесникова задание: вывезти из Орджоникидзе - тогдашней столицы Северной Осетии - эшелон с ранеными. Машинисты понимают - провести состав по незнакомому профилю и в спокойное время - сложно. А тут… Фронт буквально в нескольких километрах западнее, путь частично разрушен, на станциях нет дежурных, и стрелки даже приходилось переводить локомотивной бригаде. А в Орджоникидзе новые проблемы. Оказывается, здесь застрял еще один эшелон с ранеными. А немцы на подходе и нет ни локомотива, ни бригады. Говорят, Бог помогает смелым. Наверное, так. Но добавьте к этому еще мастерство и мужество, и смелость взять на себя ответственность. Он справился. Вопреки всем техническим нормам и правилам, вопреки всему. Возможно, это был первый в истории железных дорог длинносоставный поезд. Тогда же на перроне в Грозном, куда Лесников привел состав, его приняли в партию. А через два дня первым в роте вручили медаль "За отвагу". Много чего было в его биографии. Не было только слова "не могу". Старшим сержантом закончил он войну. Безотказный ее труженик и негромкий герой. Он таким и остался на всю жизнь. И когда восстанавливал в Глубокой родное депо, от которого остались только ошметки. И когда устанавливал стахановские рекорды на стареньком паровозе, и когда своим трудом заработал звание "Лучшего машиниста сети дорог"… 37 лет отдал Лесников железной дороге. Награжден знаком "Почетному железнодорожнику". В 1986 году стал почетным железнодорожником... Германской Демократической Республики. Несколько лет назад, благодаря тогда еще министру путей сообщения, а ныне президенту ОАО "РЖД" Геннадию Матвеевичу Фадееву, А. Лесникову выделили новую комфортабельную квартиру. От дороги вручили подарки. И как же они были счастливы с женой! В канун праздника он ушел от нас. Так давайте за праздничным столом вспомним его и поднимем тост за всех них, наших, оставивших нас стариков. Потому что каждый из нас осиротел в эту минуту. Вечная ему память…