Евровидение и пагубные иллюзии «возвращенчества»

Возвращение Крыма - не просто геополитическое, но и метафизическое, ценностное поражение Запада

Украина победила на Евровидении – это одна из актуальных тем бесед в блогах, на политических и патриотических площадках последних дней.

Кто-то равнодушно хмыкает, кто-то злорадствует, кто-то возмущенно и недоуменно негодует.

Этот конкурс Евровидения я не смотрел, поскольку его результат для меня был ожидаем. Не скажу, что у меня была 100% убежденность в победе исполнительницы крайне сомнительной песни «1944», но ожидание этого было весьма велико.

Поэтому странно недоуменное негодование части блогеров и попытки постфактум вести какие-то «расследования» на этот счет.

Помилуйте, ну разве после Кончиты у кого-то могли возникнуть сомнения, что конкурс насквозь политизирован? Рассматривать такие конкурсы можно только в политической системе координат. И, в первую очередь, в системе координат отношений Россия-Запад.

Следовательно, итоги были очевидны. Необходимо лишь поместить их в рамку этих самых отношений.

Первое, что иллюстрирует победа Украины – это, конечно же, беспринципность европейских элит. Беспринципность, которая проявилась не только в том, что победу присудили стране, в которой ведется гражданская война, но и в том, что ее отдали за песню скорби о коллаборационистах, ушедших на службу к нацистам.

Второе, и самое главное, что иллюстрирует Евровидение, коль скоро мы рассматриваем конкурс через политико-экономическую призму – это то, что у России начинается легкое головокружение от успехов. Которое имеет своим корнем как внешнеполитические и военные победы, так и то, что вопреки заверениям авторитетных умов Запада, наша экономика не рассыпалась как карточный домик, увлекая за собой и государство.

И правда: есть несомненный успех в Сирии, есть рост цены на нефть, да и Крым все еще наш. И кое-кто там из европейской оппозиции разговаривает про отмену санкций. И, кажется, вот-вот все снова станет по-старому.

Но европейская элита, заказавшая музыку (в буквальном смысле слова), и обеспечившая победу украинской конкурсантке с песней о коллаборационистах, прямо говорит: возврата назад не будет.

Надо быть весьма наивным человеком, чтобы не понимать очевидного: Крым – это «Рубикон», за который России уже никогда не вернуться. Ведь уход Крыма от Украины к России в самый разгар фашистского мятежа на Украине – это не просто геополитическое поражение Запада. Его конечно, Запад тоже не может простить. Это еще и метафизическое, ценностное его поражение. 

С момента гибели СССР Западная элита считала нашу страну – третьесортной державой, отводя ей место на периферии капиталистического мира в полуколониальном статусе. Причем определяющим тут было не столько геополитическое положение – в конце концов, страна с ядерным статусом, передовой наукой и одной из мощнейших армий может оставаться важным геополитическим игроком, даже утратив сферу влияния.

Определяющим тут было мировоззренческое поражение. Ведь фундаментом Холодной войны было именно идеологическое противостояние – недопущение обретавших все большую популярность Красных идей на Запад, лишь вылившееся в виде военного противостояние. Выражаясь словами Маркса, идеологическая война была содержанием отношений, а геополитическая – формой.

Так вот в части содержания был допущен проигрыш. Причины этого я не стану подробно разбирать здесь, об этом написано много книг, где сказано лучше, чем я могу сказать в рамках данной статьи (см., например, книгу С.Е.Кургиняна – «Красная весна»).

То, каким образом Запад воспринимал свою победу, прекрасно описал в своей брошюре «Еще один Шанс» З. Бжезинский. После крушения СССР геополитическое могущество США, по мнению этого корифея международной политики, было обусловлено в первую очередь через торжество идеологии.

Мнение Запада было авторитетом, подкрепленным метафизической победой «демократии». Россия должна была, на положении проигравшей стороны, искупать свои «злодеяния», «платить и каяться» и довольствоваться статусом страны периферийного подражательного капитализма, периодически получая пощечины, если ведет себя плохо, и похлопывания по плечу, если ведет себя хорошо.

И вдруг, когда на Украине творится торжественный шабаш своеобразной интеграции в Запад, Крым, посмотрев на то, как страна демократизуется, начал не только поглядывать на Россию, но стремиться в ее состав. И Россия, ничтоже сумняшеся, его в свой состав приняла. И конечно то, что кто-то почему-то не возжелал Запада, да еще и убежал к противнику – это двойное оскорбление.

Именно этим и обусловлена истерика Саманты Пауэр в ООН, кричавшей нашему представителю Чуркину «Вы – проигравшая сторона и не должны забывать об этом!». Госпожа Пауэр сумела в нескольких словах вывести всю формулу взаимных отношений между «нами» и «ими» со времен Буша Первого.

Победа Украины на Евровидении – демонстрация этой последовательной внешнеполитической линии Запада. И своего рода сигнал для России, что она – «проигравшая страна», которой не простят Крым (а кроме того еще и Донбасс с Сирией) ни при каких условиях. И санкции не снимут, что бы там европейская оппозиция не говорила. До тех пор пока Россия не вернется в свой полуколониальный статус.

Отсюда неумолимая логика диктует необходимость расставания со пагубными иллюзиями «возвращенчества» к докрымскому статусу на международной арене, с сохранением всех достижений 2014-2015 гг.