«Дональд Трамп превращается в политического туриста и шоумена»

Зачем Трамп обостряет международную обстановку?

Во внутренней политике Трамп рискует превратиться в своеобразное подобие английской королевы – и, похоже, он потихоньку начинает с этим примиряться. Остается международный фронт – но и здесь у самого яркого за последние годы американского лидера есть опасность превращения в политического туриста, который может запомниться лишь яркими визитами в окружении свиты из прекрасных дам и часто сменяемой команды из недавних деловых партнеров. Быть шоуменом Трампу не привыкать - но, думается, не ради продолжения подобной карьеры он стремился в Овальный кабинет.

Значит, требуются громкие достижения. И неслучайно хозяин Белого дома начинает церемониально «строить» государства, являющиеся для США многолетними раздражителями. Причем впервые за многие годы из Вашингтона прозвучали прямые угрозы применения военной силы – по отношению к Северной Корее, а недавно и к Венесуэле. Санкции же применяются направо и налево – естественно, вызывая ответ, иногда очень малоприятный для США.

Так, иранский президент Хасан Роухани заявил в адрес американцев и их санкций: «Если они захотят прибегнуть к тем же методам, то мы в короткий промежуток времени - не в течение недели или месяца, а через несколько дней или часов - вернемся к прежней ситуации». К прежней – то есть до согласия Ирана на международный контроль за мирным характером его ядерной программы.

Действительно, ее ремилитаризация технически не займет много времени. И моральное оправдание этому, конечно, немедленно найдется: в самом деле, почему США закрывают глаза на ядерное оружие Индии, Пакистана и Израиля, а КНДР или Иран его иметь не должны? Не в том ли исключительно дело, что режимы двух упомянутых стран носят подчеркнуто альтернативный по отношению к Западу характер, а их «демократизация», в том числе через экономическое и военное давление, является давней мечтой Вашингтона?

При этом следует заметить, что ни Иран, ни Северная Корея воевать не хотят – северокорейский лидер ясно дает это понять. На юге полуострова перспектива вооруженного конфликта также мало кого радует. Не зря президент Республики Корея Мун Чже Ин вновь высказался против войны и заявил, что военные действия на полуострове невозможны без согласия Сеула. Глава южнокорейской католической епископской конференции архиепископ Гигин Ким Хи Чон в очередной раз призвал к заключению мирного договора между двумя Коеями, а также дистанцировался от планов создания американской системы противоракетной обороны THAAD. По его мнению, «новый противоракетный комплекс не может принести мир Корее».

На всем этом фоне блицкрига, скорее всего, у Трампа не получится – что военного, что дипломатического. А те же Иран и Северная Корея, да и множество других стран вновь убедятся: гарантией возможности самостоятельно определять государственный и общественный строй является именно ядерное оружие. Так же как и гарантией независимого участия в мировых экономических и политических процессах – вопреки всем санкциям, которые никогда не бывают вечными и почти никогда не наносят ущерб лишь одной стороне.

Впрочем, Иран, в отличие от КНДР, имеет разветвленную сеть глобальных контактов – а потому может ответить так асимметрично, что Запад навсегда пожалеет о попытке жесткого давления на эту страну. Сегодня все более сложно исключить передачу ядерных технологий в руки негосударственных акторов. По тому же Ближнему Востоку перевезти несколько десятков килограммов обогащенного урана не проблема, а собрать урановую бомбу, особенно по готовым чертежам, может даже небольшая команда инженеров и техников. При таком сценарии мир очень скоро изменится совсем не в сторону демократии и рынка.

России в этих условиях не нужно бояться периодически вспоминать о главном своем внешнеполитическом ресурсе – все о том же ядерном оружии. Следует гарантировать сохранение государственного строя тех же Ирана и КНДР от любых внешних посягательств в виде прямой агрессии или манипулятивных «революций». А взамен потребовать передать ядерные центры этих стран именно под наш контроль. И для верности демонстративно наказать любого нарушителя предложенной системы мер.
Сила работает только тогда, когда периодически применяется. И именно это – а не дипломатическая ложь и не взаимная бравая риторика – обеспечивает мир. Среди людей, испорченных грехом, иначе, увы, не получалось и никогда не получится.