Почему Казахстан решился дать отпор Китаю

Нур-Султан запретил продажу земли иностранцам, а по сути - КНР. Это определенно «наезд» на Поднебесную. Поддержат ли его другие республики Центральной Азии?

Пятилетние митинги казахов, добивавшихся запрета на покупку и аренду земли иностранцами (в первую очередь имеется в виду китайский капитал), наконец завершились консенсусом между властями и общественностью: парламент принял, а президент РК Касым-Жомарт Токаев подписал соответствующий закон.

«Народ одержал победу», - говорят казахи. Но не окажется ли она Пирровой?

Итак, новое законодательство полностью запрещает предоставление сельскохозяйственных земель иностранцам и иностранным компаниям, казахстанским компаниям с иностранной долей, лицам без гражданства, научным центрам с международным участием, а также кандасам - этническим казахам, вернувшимся на родину. Кроме того, сроки использования сельхозземель, арендованных иностранными гражданами и компаниями с иностранной долей, не могут быть продлены.

«Этот факт еще раз продемонстрировал твердую решимость Касым-Жомарта Токаева полностью закрыть тему продажи и аренды сельхозземель иностранным гражданам», - сказал помощник президента Ерлан Карин.

По его словам, спекуляции и манипуляции общественным мнением по данному вопросу больше не имеют никаких оснований и перспектив. В «переводе» это означает, что казахскую оппозицию лишили одного из серьезнейших «козырей» - настраивания общественности республики против властей на почве «коррупционного содействия разгулу китайской экспансии».

Заметим, болезненность земельной темы и синофобские настроения у местных жителей усугубились преследованием в Китае мусульманских меньшинств, в том числе казахов, заточенных в «лагерях перевоспитания» в Синьцзяне. А также информацией о строительстве в республике силами КНР 56 заводов. В общем, антикитайский взрыв в РК был неизбежен, и его вовремя удалось предотвратить. По сути же - на какое-то время погасить возросшую в Казахстане оппозиционную активность.

Так ли был страшен китайский, и вообще фактор «чужаков» в контексте землепользования, вопрос спорный, поскольку в настоящее время в аренде у иностранных юридических лиц (их семь) находятся 74,4 тыс. гектаров земли сельскохозяйственного назначения, в то время как общий земельный фонд республики составляет, по официальным данным, 272, 5 млн гектаров. Сроки завершения аренды сельхозугодий у иностранных компаний истекают в период с 2022 до 2025 год.

Исключить, что земельная тема не была сильно политизирована, нельзя, хотя неприятные вопросы к Китаю у государств Центральной Азии и, в частности, Казахстана, имеются: в последнем муссируются разговоры о территориальных претензиях КНР к РК. Кроме того, многих настораживает активность китайской инициативы «Один пояс и один путь» (BRI), охватывающей большую часть Евразии, включая республики Центральной Азии, и соединяющей развивающиеся страны с развитыми. Заметим, что на территории этого мегапроекта сосредоточены богатейшие запасы природных ресурсов. А проживает на ней 63% населения планеты.

Кстати, впервые официально инициатива Китая была озвучена именно в Казахстане в 2013 году в ходе визита в страну председателя КНР Си Цзиньпина. Тогда на китайские инвестиции, в том числе в Казахстане, можно сказать, шла настоящая охота. Но времена, как видим, изменились: прокитайские настроения трансформировались в синофобские. Китая с его BRI стали бояться: увлекшись проектом, можно легко попасть в долговую кабалу Пекина и лишиться стратегически важных объектов. Ведь пришлось же, например, Таджикистану, не сумевшему своевременно погасить часть долгов Поднебесной, расплатиться с ней 1100 кв. км своей территории.

Но за всеми страхами «господства Китая», тем не менее, совершенно четко просматривается участие представителей более 100 государств в проекте «Один пояс и один путь» по простой причине - материальной и технологической выгоды, которую можно от него получить. Кстати, по части прямых инвестиций в Казахстан китайский капитал не доминирует вовсе - он на четвертом месте после Нидерландов, США и Великобритании. Но об «экспансии» этих государств никто не говорит, да и выглядело бы это глупо. В общем, понятно: у казахстанцев «вырос зуб» именно на Китай.

Но чем обернется его постоянное «затачивание»?

Почти наверняка - полной инвестиционной непривлекательностью аграрного сектора. При этом с большой вероятностью могут заработать сложные коррупционные схемы, при которых происхождение денег реального инвестора или арендатора определить будет затруднительно.

И в самом деле: кто легально будет вкладывать деньги в развитие аграрных отраслей на земле, которую в любой момент может отнять у предпринимателя государство. Словом, то, что предпринимательство не может развиваться без права собственности на землю, относится к азам экономики.

Напомним также, что Китай является крупнейшим торговым партнером государств Центральной Азии и импортером их природного газа, цены на который в прошлом году упали. А поскольку республики ЦА, за небольшим исключением, экспортируют преимущественно свои природные ресурсы, в заданной ситуации с экономическим ростом у них будут проблемы. Поэтому ставку им стоит делать не на ограничение инвестиций (коль скоро конкурентоспособную продукцию они сами не производят), а на их привлечение в инфраструктурные проекты (строительство портов, аэропортов, дорог и т. д.) - благо, их стратегическое положение для таких вложений выгодно. Но оно должно регулироваться соответствующей законодательной базой, защищающей как интересы страны, принимающей инвестиции, так и самого инвестора. И никакой коррупции!

Так что закон, запрещающий продажу и аренду земли в Казахстане, как минимум, подкосит его сельское хозяйство и подорвет имидж страны, благоприятной для инвестирования. Более того, понятно, что Китай, если и не сразу, на введение земельного запрета отреагирует: Пекин прекрасно понимает, что новый закон направлен, в первую очередь, против него. Между тем он является отличным рынком сбыта для казахской сельскохозяйственной продукции, который может в один не прекрасный день стать для нее сильно ограниченным.

Каковы «настроения» других республики Центральной Азии? Поначалу, то есть после обретения ими независимости, Китай здесь носили чуть ли не на руках: он раздавал огромные кредиты, строил инфраструктурные объекты, однако стремился к свободному доступу к полезным ископаемым региона. Но, видимо, КНР переусердствовала, а власти центральноазиатских республик «недоглядели». В частности, в Киргизии выступления против «китайской экспансии» стали обычным делом: в основном, на почве преследования уйгуров и земельного вопроса.

Киргизы теперь уже предъявляют претензии не только Пекину, но и своим же властям за поощрение ими «разгула» в республике китайских компаний, неподъемные кредиты, взятые у Поднебесной, коррупционные сделки с компаниями КНР. В Узбекистане, тоже задолжавшем Китаю, ситуация помягче; в Таджикистане и Туркмении, как самых авторитарных государствах региона, на публичные выступления не решаются, но и там наблюдатели бьют тревогу. В общем, нелояльность к Китаю в массовом сознании жителей региона достаточно высока, но не все понимают, что Пекин может ответить на нее жестко - главное, ударить по «карманам» государств, которые не создают ему комфортных условий деятельности на своих территориях.

Но если (будем говорить - теоретически) договориться с властями некоторых государств региона Поднебесная, так или иначе, сможет, то с возмущенными людьми - вряд ли. А их протестный заряд, скорее всего, будет нарастать, равно как и конфликт с местными элитами, участвующими с теневых сделках с китайскими структурами.

И тут можно ожидать, что Китай попытается, если он этого еще не сделал, вмешаться и во внутриполитические процессы в государствах ЦА, то есть поддерживать силы, лоббирующие расширение китайского бизнеса (легального или теневого) в той или иной республике.

Кстати, в адрес президента Киргизии Садыра Жапарова уже звучат обвинения в лоббировании интересов Китая. Кто следующий? И как очень осторожно не испортить отношения с Китаем, имея в виду и важность торгово-экономического партнерства с ним, и кредитные задолженности, и некоторую «коварность» Поднебесной. А также, что немаловажно, текущую обстановку, связанную с выводом американских войск из Афганистана?

Этот последний аспект должен вынудить Китай «закрыть глаза» на недовольство жителей республик ЦА китайской «экспансией», синьцзянской проблематикой и т. д. Потому как вывод войск из Афганистана вызовет рост исламского экстремизма в мусульманском анклаве Китая, граничащем с Афганистаном. И тут для КНР крайне актуальным станет военное сотрудничество с государствами региона. Так что ему, волей-неволей, придется идти ему на уступки, но, вместе с тем, наращивать свое военно-политическое присутствие в Центральной Азии.

И тут возникает очень актуальный вопрос - как на это посмотрит Россия, взявшая на себя роль гаранта безопасности Центральной Азии, в том числе, и в многостороннем формате ОДКБ. Впрочем, это уже отдельная серьезная тема для обсуждения.