Власти США находятся в плену своих теорий

Пока там не найдется политик, который признает масштаб падения экономики, никаких изменений не будет

В последнее время высшие чиновники ФРС активно выступают в прессе и на разных конференциях и форумах. И, разумеется, совершенно не все эти выступления стоит комментировать. Однако некоторые из таких выступлений резко выделяются на общем фоне, и их, конечно, имеет смысл изучать. Причины такого явления мне не очень понятны: то ли это – внутренняя «фронда» чиновников, не согласных с общей линией ФРС, то ли согласованная линия, направленная на постепенное изменение общественного мнения. А может, и еще что... В любом случае, последним таким нетривиальным выступлением отметился во вторник глава Федерального резервного банка Канзас-Сити Томас Хёниг.

Формально оно было посвящено, естественно, проблеме договоренностей республиканцев и демократов по вопросу лимита госдолга, и Хёниг сказал, что отсутствие достижения соглашения о его повышении создает неопределенность для бизнеса и вредит американскому народу. Он отметил, что неопределенность сдерживает способность владельцев бизнеса принимать решения относительно дальнейших своих шагов, и повторил предыдущие опасения относительно размера правительственного долга.

Далее, впрочем, он отступил от традиционной в последние дни риторики своего руководителя Бернанке и покритиковал лидеров правительства за то, что у них нет плана по сокращению долговой нагрузки США. «Мы просто дадим всему этому упасть, как якорь падает на дно океана», – образно сказал Хёниг. Отметим, что уже вышесказанного достаточно, чтобы понять, что он является критиком политики Бернанке, направленной на стимулирование экономики путем эмиссии (и здесь я с ним во многом согласен), но, чтобы ни у кого не возникало иллюзий, он сказал о своих претензиях прямо.

Программа покупки госбумаг, отметил Хёниг, обеспечит рост инфляции в долгосрочной перспективе. Ранее он предупреждал о потенциальной возможности роста «пузыря» сельскохозяйственных цен, которые в этом году выросли, но воздержался от оценки относительно «пузырей» в других секторах. «Нулевые процентные ставки создают условия, и вы их наблюдаете», – сказал он. В ближайшие год-два экономика США покажет весьма умеренный рост, продолжил Хёниг. Рост составит от 2,5 до 3% в этом году и, возможно, и в следующем.

А вот дальше он сказал весьма и весьма интересную вещь. По его словам, ключевым фактором роста экономики является не рост на рынке труда, а создание «возможности производить товары и услуги, которые люди будут покупать здесь и по всему миру». Он также добавил, что монетарные власти не могут больше полагаться на потребителей, в надежде, что они усилят свои расходы. Отметим, что в настоящее время потребительские расходы США формируют порядка 70% от ВВП, превышая средние исторические уровни в 66-67%, но это не так принципиально, как сама возможность для потребителей тратить деньги. Именно по этой причине слова Хёнига так важны.

Дело в том, что одна из экономических теорий, которой, впрочем, придерживается сегодня большинство экономистов, состоит в том, что потребляется практически весь товар, который производится, а потому стимулировать нужно производство, и только. Разумеется, это – очень упрощенное изложение, но суть его, тем не менее, проходит красной нитью через все экономические построения, сделанные в рамках этой теории.

Наша же концепция, на которой, собственно, и построена теория кризиса, говорит о том, что приоритет сегодня нужно отдавать спросу. Поскольку последние 30 лет он активно стимулировался (в первую очередь через кредит, но использовались и бюджетные, и налоговые способы стимулирования, не говоря уже о рекламе), то сегодня встал острый вопрос, как стимулировать его дальше. Старый механизм, кредитный, больше не работает; бюджетный, даже если его включить, что называется, на полную катушку, может только частично компенсировать утрату кредитного; все остальное – пропаганда, которая работает только в условиях наличия у людей денег. А их нет.

Теоретически, именно это и нужно сегодня обсуждать экспертам и денежным властям США. Но они находятся в плену своих теорий и вместо того, чтобы решать, что делать со спросом, пытаются стимулировать производство. Точнее, администрация Обамы старается ростом бюджетных расходов стимулировать спрос, но, во-первых, это – только полумера, а во-вторых, поскольку прямо сказать, для чего она увеличивает расходы, она не может, то и здесь сталкивается с проблемами.

Руководитель ФРС Бернанке считает, что делу может помочь эмиссия, но и тут есть серьезные противники (и Хёниг – в их числе), причем, скорее всего, они правы. В результате ситуация зашла в тупик. Главное место, суть проблемы – что делать со спросом – не обсуждается, а многочисленные разговоры про все остальное только оттягивают решение вопроса все дальше и дальше, с постоянным ухудшением экономической ситуации.

И в этом смысле выступление Хёнига (пусть и на конференции аграриев) есть замечательный прорыв. Он впервые на столь высоком уровне сказал о важности спроса, причем, более того, сделал вывод, что увеличить его невозможно. Напомним, что логика Бернанке в части полезности эмиссии состоит как раз в том, что она якобы неминуемо повысит частный спрос. Эту тему мы уже не раз обсуждали, поэтому я не буду ее повторять, но к словам Хёнига нужно еще кое-что добавить. А именно что 70% от ВВП – это масштаб стимулированного спроса. А если учесть, что масштаб этого стимулирования – около $3 трлн в год, то получается, что спрос должен упасть где-то на 25% только за счет этого механизма. А поскольку и доходы начнут падать на таком снижении спроса (и сокращении производства), то масштаб падения экономики США будет достаточно впечатлительным.

Так вот, не вдаваясь в графики и цифры: пока в США не найдется политик, который признает масштаб падения их экономики, никаких позитивных изменений там происходить не будет. Что бы и кто там ни говорил.