Экономика пугает россиян гораздо сильнее, чем политика

Самый большой страх наших сограждан, говорят социологи - боязнь экономического кризиса

Страхи, которые испытывают россияне, можно разделить на общественные и личные. Начнем с общественных. Больше всего на свете россияне боятся экономического кризиса. Население твердо усвоило, что за ним следуют остановка роста зарплат (при неостановимой инфляции), их снижение и даже потеря работы, а значит, привычного уровня жизни, чего никто не хочет. Страх перед кризисом, согласно опросу ВЦИОМ, испытывают 46% жителей страны.

27% боятся безработицы, которая в последние годы, по официальным данным, колеблется у нас вокруг цифры 5%. Но если судить по числу обеспокоенных ею, реальная безработица должна быть существенно выше.

На третьем месте, как ни странно, в наше аморальное время стоит мораль. Каждый третий участник опроса отнес к числу наиболее серьезных угроз утрату нравственных ценностей (33%), что представляется достаточно обоснованным. Ведь уже давно при обсуждении в узком кругу каких-нибудь успешных вороватых личностей, знакомых или незнакомых, первая оценка, которая нередко звучит в их адрес, – «молодец». Украл, мол, и не попался. Чуть ли не образец для подражания. Но что это, если не деградация моральных принципов? Озабоченных падением нравов – 33%.

Далее идут межнациональные конфликты: их опасаются 28%.

Внешняя политика от народа по-прежнему далека. Вовлечения России в конфликт между США и мусульманскими странами боятся лишь 18%, а усиления политической зависимости от США – 12% россиян. Хотя на форумах в Интернете США в негативном ключе обсуждают охотно и много.

Но и внутренняя политика не особенно трогает респондентов. В возможность краха власти и политический хаос верят только 17%, распада государства опасаются 11%, а установления диктатуры – 9%. Возвращение же советского стоя воспринимают как реальную возможность лишь 4% россиян.

Последнее может говорить либо о том, что граждан пугают советским прошлым, а им не страшно, либо же что собственность вокруг уже настолько поделена и переделена, что возврат в былое состояние, когда ни у кого ничего не было, просто немыслим.

Нашлись и «люди будущего», верящие в гармонию мира и торжество высшего разума: 11% опрошенных вообще не видят никаких угроз для страны. Нужно отметить, что двадцать лет назад таких солнечных оптимистов ВЦИОМ насчитывал всего лишь 1%. С тех пор количество ничего не понимающих, либо же, наоборот, понимающих что-то такое, что остальным недоступно, выросло более чем в 10 раз.

«Это лучше, чем было, но 11% – все равно мало, – считает генеральный директор ВЦИОМ Валерий Федоров. – Несмотря на десятилетие экономического роста, людей не оставляет страх неурядиц и экономического, и политического толка». Он видит причину в том, что за два десятилетия россияне несколько раз сталкивались с экономическим кризисом, помнят свои малоприятные ощущения и перестраховываются.

Перейдем к личным угрозам. Здесь картина с распределением мест та же, что и в 1992 году, хотя удельный вес некоторых значительно снизился. Самый значительный персональный страх – боязнь за будущее детей (32%). Двадцать лет назад по этому поводу испытывали тревогу 54%.

Болезни и потери близких боятся 30 и 27% соответственно. Зато вероятность собственной смерти пугает опрошенных куда меньше: страх перед ней испытывают лишь 5% респондентов.

Получается, россияне боятся смерти родственников в 5,5 раза больше, чем собственной. То ли от жизни устали, то ли, наоборот, жизнь настолько хороша, что о смерти просто не думается.

Что же касается болезней, тут все понятно: стоимость лечения, особенно хирургических операций, выросла многократно и уже достигает сотен тысяч рублей за не очень сложное вмешательство, что стало серьезным фактором беспокойства о будущем. 20 лет назад болезни боялись только 18% опрошенных.

Далее по нисходящей идут страх бедности и нищеты (22%), старости и беспомощности (20%) и угроза остаться безработным (18%).

Надо заметить, что в «бедном» 1992 году бедности боялись все-таки немного меньше (17%). С тех пор благосостояние вроде бы выросло, а страх никуда не делся и даже несколько подрос. Зато старости и беспомощности тогда боялись более чем в два раза меньше – 9% опрошенных. Видимо, тогда еще сильна была иллюзия, будто о старости позаботится государство, не даст пропасть. Теперь же стало ясно, что и самому нужно к ней готовиться, думая, чем будешь жить, оказавшись не у дел и без возможности заработать.

Ну а безработица тогда была на 3% страшнее – 21%. Удивительно близкие цифры тогда и сегодня, которые могут говорить о том, что с тех пор в области занятости существенных перемен не произошло.

Другие же напасти из числа тех, что неожиданно сваливаются на голову, и страхи вызывают меньшие. Так, преступность внушает страх 11% (раньше – 37%), стихийные бедствия – 10% (было 2%), национальные конфликты, ядерная война – по 8% (было 14%), гражданская война, голод – по 4% (было 10%). Меньше всего боятся возврата к сталинизму – 1%. Последняя цифра, пожалуй, совершенно ясна: возврат сталинизма воспринимается как нереальный.

И – фанфары! – 11% отмечают, что не испытывают особых страхов. Возможно, это те же люди, что не видели никаких угроз для страны (их тоже было 11%).

Но в целом оптимистов значительно больше, хотя и меньше, чем пессимистов. Ранее ВЦИОМ сообщал, что 59% россиян не ожидают в 2013 году изменения своего материального положения. При этом 7% затруднились с ответом, а вот почти каждый пятый (22%) надеялся на перемены к лучшему.

Инициативный всероссийский опрос ВЦИОМ провел 12-13 января 2013 г. Были опрошены 1600 человек в 138 населенных пунктах в 46 областях, краях и республиках России.