Жюри «Славянского базара» стало заложником политики

Вот и закончился, едва начавшись, XXIV Международный фестиваль искусств «Славянский базар в Витебске».

«Славянский базар» © РИА Новости, Виктор Толочко

Неделя пролетела незаметно, как будто ничего и не было. Удивительное и странное чувство: некогда любимый форум искусств славянских народов перестал… радовать.

Каждый год бесконечное дежавю: сольные концерты российских «звезд», уличные пляски в национальных костюмах и без, ярмарки ремесел и одежды, всевозможные караоке, народные конкурсы, лотереи, игры… Все вроде бы как прежде, а былая атмосфера праздника улетучилась. Это отмечают и витебляне: в будние дни спешат по делам, улыбаются мало, былого подъема и приподнятого настроения нет.

В чем причина: то ли фестиваль приелся, то ли билеты на концерты для горожан дорогие, то ли то и другое вместе. Витебляне зарабатывают в среднем 3 – 4 млн. белорусских рублей в месяц (это от 11 до 15 тысяч в российской валюте) и выложить из этой суммы от 200 тысяч до миллиона и больше за один (!) билет на желаемый концерт могут себе позволить далеко не все.

Однако знаменитый зал Летнего Амфитеатра на многих концертах был заполнен полностью. Это концерты открытия и закрытия фестиваля, сольник Григория Лепса, ночные шоу – группы «Руки вверх!», «Золотой хит: вчера, сегодня завтра», а также еще один событийный музыкальный экшн, о котором придется рассказать в отдельной части…

Как всегда, честно и откровенно отработал Валерий Меладзе: весь концерт пел вживую, экспрессивно, по-грузински страстно и любвеобильно. Не отказывал в поцелуях многочисленным поклонницам, щедро одарявшим артиста цветами после каждой песни. Вот только первые пять-шесть песен концерта прошли в очень плохом звуке (был гул и почти не слышно слов): звукорежиссер настраивал аппаратуру прямо во время концерта. Конечно, желательно было бы всегда проводить перед концертами саундчек, но, видно, в этот раз у музыкантов не получилось.

ЖАДНАЯ ДУРА С ТЕМПЕРАТУРОЙ…

Полной противоположностью концерта Меладзе стал сольник Аллегровой. Певица, как всегда, работала под плюсовую фанеру, иногда добавляя сверху короткие вокальные эскапады, всхлипы, вскрики и взвизги. Часто это звучало в непристойной, вульгарной манере, что свойственно, скорее, базарной торговке или уличной хабалке, но у этой певицы, как известно, свое понимание правил хорошего тона на сцене.

Артистка без конца признавалась в любви белорусской публике, но в ее устах это звучало, скорее, фальшиво и вызывающе, нежели искренно и честно. О любви не кричат в концертный микрофон, делая при этом страшный оскал; ее выражают в песнях и делах.

Ирина Аллегрова на «Славянском базаре» © РИА Новости, Виктор Толочко

Что касается репертуара, то певица, помимо своих «коронных» хитов «Все мы бабы – стервы», «Свадебные цветы» и некоторых других, представила фрагменты готовящейся программы «Ирина Аллегрова. Перезагрузка. Перерождение», вполне искренне назвав их несколько раз «новыми произведениями в новых стилях» и потешив тем самым понимающих в музыке слушателей и журналистов.

На деле это оказалось, разумеется, несколько утяжеленной забубенной попсой, а апофеозом новизны и высокого поэтического штиля, по замыслу Аллегровой, видимо, надо считать убойную фразу: «Любовь – жадная дура с температурой…» Да уж, только ради этого стоило возвращаться на сцену. Наверное, это действительно слишком свежо, смело и креативно, если сей перл не выходил у меня из головы на протяжении всего фестиваля.

Вся же «любовь» артистки к людям выражалась в нежелании фотографироваться с молодыми артистами и техническими работниками фестиваля за кулисами, а также в жестком отказе давать какие бы то ни было интервью. Ну да Бог с ней…

Зато порадовала Валерия: на своем сольном концерте в день закрытия фестиваля она спела новую и, как мне кажется, очень хорошую песню: «Сильные женщины тоже плачут; если слез не видно, это ничего не значит». Первое впечатление, во всяком случае, самое положительное. В Валерии как будто появилась глубина. Ее живой концерт – одно из самых эмоциональных впечатлений нынешнего «Базара». Пела ярко, вдохновенно, очень чисто, здОрово. Она была в ударе.

ФУФА И ЕЕ МУЛИ

Прекрасным театральным откровением и душевным отдохновением стал антрепризный спектакль «Фаина. Птица, парящая в клетке», посвященный эпизодам жизни великой Фаины Георгиевны Раневской. Это спектакль-воспоминание, спектакль-ностальгия, спектакль-гротеск.

В главной роли замечательно выступила мхатовская актриса Светлана Коркошко. Ее героиня была безупречно узнаваема, эксцентрична и мудра. Мы услышали незабываемые низкие, хрипловато-воркующие, драматические и иронические интонации Раневской, воскресили в памяти ее царственный, брутально-женственный облик.

Коркошко точно, тонко, а иногда и на грани фола смогла передать трагическое одиночество, беспощадную самоиронию и внутренний мир гениальной актрисы. И конечно, не обошлось без знаменитых, фирменных афоризмов Раневской, коих было несть числа, часто и с ядреным простонародным словцом, вызывавшим особое оживление в зале. Но, как известно, из жизни, как и из песни, слова не выбросишь.

МОДНЫЙ МУЗОН В ФАВОРЕ

Новинкой нынешнего фестиваля стал в музыкальном отношении самый «модный» концерт «Europa plus TV hit non-stop в Витебске». Впервые на «Славянский базар» были приглашены популярные европейские исполнители, диджеи и группы в столь впечатляющем количестве: Aronchupa, Monombi (Швеция), Chris Jones (Великобритания), Sak Noel (Испания), Morandi, Fly Project (Румыния), Сергей Лазарев, Митя Фомин, Нюша, «Пицца», «Маяковский», «Герои» (Россия), Бьянка, Тео (Беларусь) и другие.

Очень музыкально и интеллигентно выступил Томас Nevergreen с имиджем студента-неформала из консерватории; свою порцию ажиотажа получил и брутальный Ола из Швеции; невероятно свежа, юна, вдохновенна и певуча была одна из новых европейских звезд Набиа (Дания)…

Валерий Меладзе на «Славянском базаре» © РИА Новости, Виктор Толочко

Непонятно, как и чем воздействует на совсем юную аудиторию Егор Крид. Артист он довольно посредственный, но имеет невероятный хит про «самую-самую, улыбку самую» или что-то в этом роде («Мама, я схожу с ума»). Ноль музыки, набор слов, болтология и пустограйство, но что при этом творится в зале с девочками-малолетками, трудно себе вообразить. Поговаривают, певец со своими аранжировщиками использует какие-то особые технологии, зомбирующие звуки, воздействующие на подсознание неокрепших умов, наподобие 25-го кадра в кино, но я в это не верю.

Просто-таки восхитил своей великолепной физической и певческой формой неукротимый Митя Фомин. Он теперь так лихо и с драйвом выплясывает на сцене, выкидывает такие коленца, что просто обзавидуешься. Настоящий энерджайзер! И это в его-то годы! Многим молодым да ранним за ним не успеть. Молодец! Выступил шикарно, а большого успеха, как ни странно, не снискал. Увы, другие вкусы у юного поколения. Даже Сережа Лазарев, отработавший на нерве и с полной выкладкой, не смог сорвать хотя бы финальной двадцатисекундной овации. Европейским диджеям хлопали гораздо лучше, несмотря на то, что клубная музыка в многотысячном зале Амфитеатра воспринималась в принципе чужеродно.

Однако подобный концерт, по общему мнению, настоящий прорыв в многолетней «застойной» традиции «Славянского базара». Все билеты были проданы задолго до начала фестиваля, и это колоссальный успех. Даешь модный музон в Витебске каждый год!

ПОЛИТИКА ЗАДОЛБАЛА. А ГДЕ ЖЕ ДРУЖБА НАРОДОВ?

В который уже раз за долгое время разочаровал Международный конкурс исполнителей эстрадной песни. В этом году он был откровенно слабый. Какие-то бесконечно одинаковые, скучные, неинтересные певицы, чуть поярче – певцы. Но более всего возмутила работа жюри: его оценки большей частью были бесчестны и крайне непрофессиональны.

Гран-при достался 21-летнему певцу из Казахстана Димашу Кудайбергену (общее количество баллов за два тура 175). Этот артист, несмотря на широкий диапазон голоса и редкий регистр (у него очень высокий тенор с переходом в фальцет), еще явно не готов к большой сцене. Ему недостает школы, его голос негибок и неотшлифован. К тому же певец во время конкурса находился отнюдь не в лучшей форме: его голос был явно перетружен, связки смыкались с трудом, и пел он, скорее всего, на заливках (впрыскиваниях, которые делает в таких случаях врач-фониатр).

За что же в таком случае международное жюри во главе с Поладом Бюль-Бюль оглы ставит казаху высшие баллы и вручает Гран-при?

За что белоруске Валерии Грибусовой, безбожно лажавшей во втором туре в композиции Фредди Меркьюри, выставили пять (!) высших баллов и присудили в итоге первое место (в итоге 171 балл)? Только за то, что она белоруска? Что за бред? Что за профанация? А за какие грехи прокатили тогда талантливого и опытного чеха Яна Чеховскы, эмоционально и выразительно спевшего труднейшую арию из рок-оперы Эндрю Ллойд Уэббера? Сплошные вопросы.

То, что этот конкурс имеет ярко выраженный политический оттенок, было очевидно всегда, и политику всегда прикрывали искусством. Бог знает, в какой раз освещаю фестиваль и говорю об этом, а воз и ныне там.

Очень некрасиво выглядел азербайджанец Полад Бюль-Бюль оглы, единственный из членов жюри поставивший 7 баллов армянской певице Анне Погосян (все остальные дали армянке больше). Да, ничего выдающегося она не показала и пела довольно средне, но уж точно ничуть не хуже азербайджанки Айдан, которой земляк Полад щедро выставил аж 10 баллов!

И вновь вопрос: зачем давнюю и затянувшуюся политическую вражду между Азербайджаном и Арменией проецировать и на эстрадный конкурс? В чем лично перед опытным и много повидавшим на своем веку Бюль-Бюль оглы провинилась молодая, начинающая армянская певица? Где здесь здравый смысл, логика, где, наконец, мудрость пожилого аксакала?

Полад Бюльбюль-оглы на «Славянском базаре» © РИА Новости, Виктор Толочко

Есть вопросы и к составу жюри славянского конкурса. Что оценивали, например, англичанка Прешес Уилсон (солистка некогда популярной группы Eruption) и бразильский оперный тенор Тьяго Аранкам? Что они понимают в славянской песенной традиции, мелодике? Ментально и музыкально они далеки от нее, как Рио-де-Жанейро от Лондона, это очевидно. Зачем их тогда посадили в жюри?

Если они и впрямь такие понимающие, продвинутые и прогрессивные, почему тогда столь низко оценили действительно интересного, стильного и креативного артиста из Литвы Мартинаса Каваляускаса? Он суммарно набрал всего 139 баллов, ниже его оказалась только кубинка Зуле Герра (129). Что, Литва находится сегодня не в сфере интересов Бразилии, Великобритании и славянского мира? Хорошо, пусть так, но причем здесь артист?

Справедливости ради отмечу, что наиболее адекватные оценки из всех членов жюри ставил только латыш Интарс Бусулис, хотя и он в некоторых случаях мог бы быть принципиальнее и строже.

ПОД ЗНАКОМ ДАЛИ И ПИКАССО

Из отрицательных моментов фестиваля невозможно не отметить упразднение кинопрограммы. Да, «Славянский базар» не кинофестиваль, но три-четыре последние новинки из России сюда всегда привозили, и зрители в свое время с удовольствием смотрели и «Звезду», и «Легенду № 17», и много чего еще. В этот раз – тишина. Говорят, нет денег привозить на фестиваль фильмы, однако я думаю, что это всего лишь отмазка. Два года на фестивале новый генеральный директор, а он, видать, все решает по-своему.

Между тем, Витебск живет своей жизнью. Во время фестиваля в художественном музее прошла беспрецедентная выставка «Дали и Пикассо». И это не пять-шесть оригинальных работ, а остальное – копии, как можно было бы предположить, а полноценная коллекция из частного собрания Александра Шадрина, музейщика из Екатеринбурга.

В нескольких залах музея экспонировались рисунки, гравюры, скульптуры и керамика великих зачинателей сюрреализма. Здесь были и иллюстрации Дали из серии «Японские сказки», циклов «Пороки человечества» («Убийство», «Чревоугодие», «Жадность», «Блуд»), «Басни Лафонтена», и скульптуры «Протекшее время», «Далинианская танцовщица», разного рода слоны, ангелы и многое другое. Выставка имела огромный успех у витеблян и стала в некотором роде частью фестиваля. Впрочем, такая экспозиция с честью была бы принята в любом городе мира.

Что касается погоды, то прошедший «Славянский базар» стал самым холодным за всю его историю. Солнца было мало, зато периодически лил дождь и свистел очень холодный ветер. Было ощущение, что мы из середины лета перенеслись сразу во вторую половину октября.

Будем надеяться, что в следующем году на фестивале станет значительно теплее.