«Галлиполи. Сто лет ошибке Черчилля»

Англичане на своем горьком опыте, под огнем турецких пушек и пулеметов, узнали то, что мы знали уже очень давно

25 апреля в Турции прошло необычное мероприятие с участием представителей нескольких стран, причем весьма далеких от Турции - поминовение солдат, павших на крошечном клочке турецкой земли полуострове Галлиполи недалеко от Стамбула. Солдат из многих стран.

Особенно важны это место и эта дата для Австралии и Новой Зеландии.

Наше общество, и так-то мало знакомое с перипетиями Первой Мировой (у нас ее называли «германской»), тем более мало знает о фронтах против Турции. А история небезынтересная. В Википедии она значится как «Дарданелльская операция», и статью о ней стоит прочитать.

Поражает сам замысел этой операции – это что-то вроде как засунуть голову в пасть льва по самоучителю. Галлиполи – полуостров в самом сердце Османской империи, по соседству с ее тогдашней столицей, на берегу черноморских проливов. Скажем, за всю историю русско-турецких войн – а у нас самый богатый опыт по такого рода мероприятиям – подобных десантных операций мы почему-то не проводили.

Если судить по Википедии, то цель операции англо-французов была благородной – пробить путь к российским берегам, и чуть ли не по просьбе России, и даже чуть ли не передать всё захваченное (проливы и Стамбул) России. При этом по неуказанным причинам российские силы в операции не участвовали (точнее, участвовала десантная команда со случившегося в Средиземном море крейсера «Аскольд» – один лейтенант и несколько матросов).

О ходе и результатах этой битвы много написано, и история ее хорошо известна, и сейчас много опубликовано и на русском языке.

Коротко говоря – Дарданелльско-Галлиполийская операция оказалась тяжелейшим провалом Антанты, и главной причиной поражения была катастрофическая недооценка противника – армии Османской империи. Так вот почему эта недооценка стала возможной, и есть смысл поразмышлять.

У Британской империи было две главных задачи в Мировой войне: первая – устранить главного конкурента по контролю над мировой торговлей – Германию, и вторая – исключить Россию из числа держав-победительниц, с тем чтобы не допустить ее выхода «к теплым морям».

И если первая задача была относительно новой и возникла только в конце 19-го века (определяют даже точно 1871 год), то вторая имеет солидную историю и озадачились ею англичане еще в петровские времена, с появлением у России морского флота (известно, что еще Питт-старший, знаменитый премьер-министр, высказывал пожелания о необходимости уничтожения этого флота).

Проблема была в том, что без России у англичан не получалась задача поддержания «континентального баланса» - недопущения гегемонии какой-либо державы в Европе. Без России нельзя было разгромить Наполеона, и в 20-м веке Россия тоже была нужна Англии, и не один раз. Англичанам нужно было совершить головокружительный фокус: разгромить Германию (это могла сделать только Россия), но не дать России воспользоваться плодами победы.

И, надо сказать, в Первую мировую англичанам всё удалось в лучшем виде, может быть по чистой случайности – ну вот сложились так звезды, или там, как пишут у нас часто, «кайзер дал денег Ленину» - ну в общем без англичан всё обошлось, но всё как-то на пользу англичанам.

Хотя – вот парадокс – Россия совсем не хотела воевать с Германией, а Германия совершенно не ожидала, что Англия вступит в войну, тем более на стороне противника.

Но наряду с этим особого уважения военная мощь России не внушала. Огромная, но плохо вооруженная и плохо управляемая армия должна была, по мысли англичан, просто своей массой раздавить европейских противников Англии, понеся при этом ужасающие потери. То есть союзник важный, нужный, большой – но не слишком сильный, просто лучше уж он на нашей стороне, чем на противной.

И вот тут-то мы подходим к теме английской операции против турок. Так чем же объясняется катастрофическая недооценка турецких вооруженных сил?

На мой взгляд, объясняется очень просто: англичане попали в ловушку собственной пропаганды.

Почти весь 19-й век Россия была постоянным объектом английской пропаганды. Россия была врагом, тем более опасным, что сыграла решающую роль в разгроме Наполеона и приобрела из-за этого такое влияние на европейские дела, которого никогда ранее не имела. Поэтому вскоре после окончания наполеоновских войн союзнические отношения сменились на враждебные.

Англичане последовательно поддерживали польских повстанцев и русских революционеров, поставляли оружие кавказским и среднеазиатским племенам, вели сложную военно-дипломатическую «Большую Игру» в Азии. Хотя, скажем, передача Варшавы России произошла с согласия Англии (это был, конечно, «данайский дар» - принятие такого подарка было едва ли не крупнейшей политической ошибкой Александра I). Дело доходило до открытой войны под довольно странным предлогом (Крымская, или Восточная война), в которой Россия потерпела поражение.

Россия, конечно, старалась не остаться в долгу, например, поддержав Северо-Американские Штаты в войне с пробританским Югом. Но финансовая и экономическая мощь Британии делали свое дело, и Британия побеждала, не в последнюю очередь – из-за превосходства в пропаганде. Очень интересно изучать историю 18-19 веков по британской политической карикатуре – ее сборники сейчас издаются и у нас.

И вот основной темой пропаганды была отсталость, в том числе в военном деле, России (без такого тезиса поднимать всяких инсургентов на борьбу против России нелегко). Отчасти доводы в пользу этого были – у России не было после Наполеона блистательных победоносных войн. Крымскую войну, как и Русско-японскую, Россия так или иначе проиграла, нередки были и внешнеполитические отступления – например, в 1825 и 1869 гг. Россия отдала Англии и САСШ свои североамериканские владения.

Но в эту схему «слабой России» не ложились несколько фактов – а именно русские победы в Азии и Европе над Османской империей. Русско-турецких войн и столкновений в 19-м веке было несколько, и все они имели один итог, только в Крымскую войну, из-за вмешательства англофранцузов, наши победы над Турцией пришлось менять на потерянный Севастополь.

И объяснение этим фактам было англичанами найдено и внедрено в общественное сознание: «а просто Турция – слабый противник, даже еще слабее, чем русские».

А ведь это совсем не так. Турки – очень сильный противник, и оказались они в Европе, дошли когда-то даже до Вены не просто так. Чтобы побеждать турок, нам, русским, приходилось постоянно, иногда прямо во время войны, менять тактику, вооружение, а то и стратегию, и то победы давались дорогой ценой, а бывали ведь и поражения, и даже Петр Великий их не избежал.

И вот столетие антирусской и – опосредованно – антитурецкой пропаганды закономерно завершилось в пыли и крови Галлиполийского полуострова. Англичане на своем горьком опыте, под огнем турецких пушек и пулеметов, узнали то, что мы знали уже очень давно: что турецкий крестьянин в солдатской шинели ничуть не менее упорен, чем крестьянин русский, что турецкие офицеры храбры и решительны, что турецкие артиллеристы стреляют хорошо, а турецкие генералы предусмотрительны, умны и следят за новациями в военном деле.

Конечно, идея была в общем-то слишком авантюрная, если верить публичным английским объяснениям. Чтобы «пробить коридор в Черное море», надо ведь захватить не часть побережья проливов, а всё побережье, и с европейской, и с азиатской стороны – а такая задача никаким десантом не решается. Целью-то явно было закрепиться там, пока Россия занята на германском и австро-венгерском фронтах и крушит турок в Закавказье.

Почему русские войска не принимали участия в «сражении за Проливы»? Ну, во-первых, их и не приглашали. Во-вторых, в 1915 году Россия вообще-то воевала. И как! До сих пор почему-то почти неизвестен простой факт – именно Россия нанесла Германии и Австро-Венгрии основные потери, без которых Первая Мировая просто не была бы выиграна Антантой. И основные сражения в 1915-м вела именно Россия – нам пришлось проводить несколько стратегических операций против сильнейших армий мира того времени.

Германия перебросила на Восточный фронт почти всю артиллерию, воспользовавшись затишьем на Западном. Вот как так получилось, что англичане с остервенением штурмовали деревню Крития на турецком берегу, имея почти полмиллиона (!) войск, а на Западном фронте наслаждались передышкой? Загадка, ведь все понимали, что судьба войны могла быть решена только через поражение Германии, а отнюдь не Турции.

Итоги битвы для англо-французских вооруженных сил известны. Флоты и армии союзников потерпели тяжелейшее поражение – 6 линкоров утонули и несколько было разбито до состояния плавучего металлолома, десятки тысяч убитых солдат и офицеров, свыше сотни тысяч раненых и пленных, огромные потери материальной части. Масштабы поражения сравнимы с таковыми для России в русско-японскую войну!

Автор сам поразился, уже при написании данной статьи, сравнив данные о потерях: общие потери армии России в русско-японскую войну (убитые, раненые, пленные, заболевшие) - 194 959 чел., из них 25 331 убитыми, а потери англофранцузов в Галлиполи (тоже убитыми, ранеными, пленными) - 146 тысяч чел. А убитыми англофранцузы потеряли больше, чем Россия в русско-японскую!

Сильно пострадали части из британских доминионов, тогда не очень-то населенных. Только Австралия и Новая Зеландия, и только убитыми, потеряли около 11 тысяч своих молодых людей. Тяжелые потери понесли индийские части, даже войска с территории Ньюфаундленд (тогда – отдельный доминион). Ну а сенегальских стрелков, которые тоже там воевали, видимо, никто и не считал.

Почему это поражение Англии менее известно, чем русско-японская война? Отчасти - просто на фоне всей Мировой войны эти потери не очень заметны. Но, тем не менее – если бы эти, цинично выражаясь, «ресурсы» были потрачены на Западном фронте, против основного противника – Германии – это приблизило бы окончательную победу и, возможно, не потребовалось бы вмешательство Америки.

А ведь англичане вполне могли более трезво оценивать ситуацию. Они в общем-то прекрасно знали, что их победа под Севастополем была частным эпизодом, притом, что на Балтике, в Белом море, на Камчатке они потерпели неудачи. Никакого «разгрома России» в Крымскую войну не было. И, кстати, турки показали себя в той войне не так уж и плохо, хотя заметных побед не имели. И вообще военные поражения России за всю ее историю имели причиной чаще всего не слабость ее вооруженных сил, а другие факторы, к военному делу не относящиеся (к Турции это тоже относится).

И надо сказать, что, хотя поражение Антанты во многом объясняется ошибками в первую очередь англичан, но дело-то было решено доблестью турецких войск и командиров, и турки отмечают этот день не только как день поминовения павших, но и как день воинской славы – и заслуженно.

Кстати, на других фронтах (в Месопотамии) англичане против турок тоже не показали себя особенно хорошо. Вот где турки терпели поражение реально – это в Закавказье, от русских войск и армянских добровольцев (например, Сары-Камышская операция).

Интересно, что и во Вторую Мировую войну Черчилль опять носился с этой идеей – открывать Второй фронт на Балканах, а не в Западной Европе. Опять та же цель: не пустить Россию слишком глубоко на Юг. Но он, да и Англия в целом, уже не был так влиятелен в это время, вопросы решали американские партнеры, которые тогда были гораздо прагматичнее и менее подвержены многолетней пропаганде.

К чему рассказана вся эта история? Автор – вовсе не военный историк, и интересуется событиями вековой давности лишь поскольку-постольку; но в них он видит подтверждение очень старой мудрости: нельзя выглядеть слабым. Слабость провоцирует врагов; сила всё равно себя обнаружит, но когда она проявляется через войну, от этого всем хуже, и тому, кто защищается – тоже.

Нам надо выглядеть сильными, и на это надо тратить не меньше ресурсов, чем на собственно победу в возможной войне.