Кошмар российского студента: ЕГЭ возвращается!

По задумке Министерства образования РФ, теперь тесты должны заменить еще и госэкзамены

Если нынешние первокурсники полагают, что про ЕГЭ им уже можно раз и навсегда забыть как про страшный сон, то... они ошибаются. Поскольку министерство образования уже подготовило очередную новацию: со временем привычные «госы» для вузовских выпускников заменят все те же тесты – официально именуемые иначе, но, по сути, недалеко ушедшие от пресловутых трех букв.

По информации, оказавшейся в распоряжении издания РБК-daily, предлагаемая новация станет неким аналогом зарубежных тестов TOEFL (см. справку KM.RU) и GRE. Определились и с экспериментальной площадкой: ею станет Научно-исследовательский университет Высшая школа экономики (НИУ ВШЭ), что, в общем-то, вполне ожидаемо, учитывая, что именно данный вуз особенно славен либеральными инициативами по части обустройства отечественного образования, а его ректор Ярослав Кузьминов стоял, если можно так сказать, у истоков ЕГЭ.

Цель новой революции, разумеется, заявлена самая благая – отсечь от рынка труда заведомо некомпетентных обладателей дипломов о высшем образовании. В ситуации, когда куда ни плюнь, попадешь в дипломированного менеджера, а народ при этом все равно тоскует почему-то по Сталину (если верить ТВ-опросникам), действительно пора что-то поправлять. Вот только нужны ли столь громоздкие реформы вместо умелого подвинчивания расшатавшихся гаек – вопрос риторический.

Но вникнем в суть предлагаемого нам вместо привычных «госов» выпускного тестирования. Прежде всего его предполагают сделать полностью независимым от государства, для чего предполагается наладить сотрудничество с разработчиками того же TOEFL. «Это – признанный национальный инструмент, он честный и открытый, его ведет специальная компания, которая очень дорожит своей репутацией. Никто не слышал, чтобы кто-то купил их результаты», – сообщил РБК источник из группы разработчиков экзамена. Вот это да! Никогда ранее недоверие к управленцам от российского образования не звучало столь открыто вызывающе. Т. е. априори не допускается возможность того, что участие государства в оценивании выпускников может быть объективным. Разумеется, об этом уже писано-переписано во всех СМИ, включая и KM.RU, однако до сих пор разработчики ЕГЭ соблюдали определенный политес.

И хочется невольно встать на защиту нашего Минобразования. Это что же, студент учится на бюджетные деньги, получает какую-никакую, но стипендию, и государство при этом никак не может быть причастным к оценке того, что в итоге из всего этого вышло?! Да, собственно, если говорить и о «контрактниках» – выходит ненамного легче. Ведь предполагается (пусть больше на словах), что вузы готовят кадры, которые вольются в нашу экономику и обеспечат ее процветание (неимоверно пошло и фальшиво звучит, но по сути-то все так), а не станут питать и без того разбухший и неэффективный «офисный планктон», поедающий сам себя.

Но в защитниках ведомство Фурсенко не больно-то и нуждается. Оно же и есть главный инициатор этого нововведения. Да и не только оно – берем выше! Предложение о ЕГЭ для выпускников бакалавриата уже включено в промежуточный вариант «Стратегии-2020», и будет рассматриваться в деталях в следующем году. К тому же вопрос о внедрении новой формы аттестации рассматривается на повестке дня в разных министерствах.

Пока же НИУ ВШЭ занял первое место в очереди на внедрение замены привычному госэкзамену. В недрах этого учебно-исследовательского заведения новшество пока что разрабатывается для внутреннего пользования. Однако проректор Сергей Рощин уже заявил, что его университет будет готов поделиться со страной наработанным опытом, «если надо будет».

Страна замерла в предвкушении.

Своей оценкой нововведения, инициированного министерством образования и разрабатываемого НИУ ВШЭ, в беседе с обозревателем KM.RU поделился председатель Российского студенческого союза Артем Хромов.

– Когда вводился ЕГЭ для выпускников средней школы, ставились три основные цели: решить вопрос мобильности абитуриентов (чтобы ребята из отдаленных регионов могли легче поступать, например, в московские вузы), оценка качества образования и решение проблемы с коррупцией. Что касается первой части – тут все реализовалось, на самом деле технически абитуриенту из глубинки стало легче претендовать на место в столичном вузе. С оценкой качества вышло куда сложнее: до сих пор все не могут договориться с критериями. И, наконец, третья проблема – коррупции – была не только не решена, но и, по некоторым данным, даже превысила те показатели, что были при традиционной системе экзаменов, и она мешает реализации в полной мере двух первых целей.

Мы все были свидетелями того, что в престижные московские вузы приезжали поступать абитуриенты из определенных южных регионов с явно завышенными баллами. Они, по сути, перекрывали дорогу талантам из глубинки и сделали преимущество мобильности просто бессмысленным. Ну и качество образования неуклонно снижается, что также сопряжено с проблемой коррупции; о понижении планки говорят и преподаватели, и ректоры, и независимые эксперты от образования, да и сама власть уже не отрицает такой проблемы. И, как я полагаю, в Минобразования решили понять для себя уровень подготовки студентов сегодня и для этого решили ввести ЕГЭ для выпускников бакалавриата. И в этом есть положительный момент, поскольку можно будет наглядно узнать и сравнить по годам и решить проблему реальных показателей при проведении ЕГЭ в школах и по итогу обучения в вузах.

Правда, сопоставлять эти данные было бы неправильно, поскольку в школах обучается один сегмент людей, которых «натаскивают» на ЕГЭ и которые имеют соответствующие знания. Что же касается выпускников вузов, то они проходят уже совсем другую школу, с другими преподавателями, и, главное, она в целом более консервативна и не меняется по сути даже со всеми переходами на болонскую систему. Так что Минобразования таким образом хочет, во-первых, унифицировать систему оценки и, во-вторых, выкрутиться из неприятной ситуации с падением качества образования.

– А как понять то, что, согласно некоторым данным, новый ЕГЭ должен стать независимым от государства, и его будут разрабатывать совместно с авторами TOEFL и GRE?

– Ну, это совсем просто. Введение ЕГЭ, переход на Болонскую систему, разработка проекта о высшем и послевузовском образовании – там также присутствовали некие независимые эксперты и разработчики. И поэтому, когда при выявлении недочетов, в т. ч. серьезных, идут претензии в адрес Минобразования, там отвечают, что они – лишь заказчики, а не разработчики. И сейчас такая практика продолжена. Т. е. мы имеем банальное сбрасывание ответственности и ссылку на якобы существующую международную практику. «Я не я и лошадь не моя». Перенимается неудачный опыт «развитых стран» со словами, что, мол, мы пока отстающие, и нам он необходим, нам нужно учиться... Это – расхожая страусиная позиция.